Только идёт не к Амилю, а ко мне. Смотрит, как сплю. Меня хочет, а ты камнем на шее висишь, душишь, тянешь ко дну. Пора уже отцепиться.
– Угрызениями совести тоже при мне не страдал. – Забавлялась Лора, когда Марта окончательно вышла из себя, забывая об осторожности.
– Ты ничего о нём не знаешь! А иначе не стояла бы здесь, выпятив живот. Ты позоришь весь женский род! Таких раньше забрасывали камнями на площади. И правильно, между прочим, делали. Он мой! Меня выбрал! А ты…
Дрожь прошла по телу, когда Лора услышала звук открывшейся подвальной двери. Все чувства обострились, выдавая самые важные. Быстрый топот маленьких ножек. Звук приближался, поднимался. Ступенька за ступенькой. Марта что-то кричала, но звук будто испарялся, оставляя после себя лишь горький осадок. Всё внимание сконцентрировалось на неосторожных шумных шажках, на быстром дыхании, на частых биениях сердца.
– Ты куда пропала? – Улыбнулся Амиль и тут же, заглянув в гостиную, попятился. Только сомневался недолго и уверенно шагнул к Лоре, пряча правую руку за спиной. Стал рядом и на мать уставился. Стихла и Марта, только вместо того, чтобы улыбнуться –нахмурилась.
– Мы едем домой, Амиль, иди сюда. – Встряхнула головой, выравнивая тон, и протянула руку. На лице растеклась ядовитая улыбка, когда сын боком двинулся к Лоре, будто пытаясь спрятаться. – Амиль!
– Не отдавай меня. – Шепнул мальчик, заставляя Лору выпрямиться и поджать губы.
– Фаина, вызови охрану! – Крикнула, но ответа не последовало. Мысленно чертыхнулась и сама направилась к телефону, придерживая Амиля за руку.
Привлекло внимание резкое движение в стороне. Реакция не подвела и прикрыть собой мальчика было более естественным, чем прижаться к полу. Вдвоём шарахнулись назад, а Марта, будто изнутри вибрировала и смотрела ошалелыми глазами. Этот страшный блеск проскальзывал в них и раньше, читался, сквозь ровный голос и надменный тон, и каждый раз поддерживался резкими движениями, нервными улыбками и взволнованным дыханием. Волновалась она и сейчас. Нервничала, глядя на выбранных жертв, боялась. Была не готова к выстрелу – Лора определила сходу, потому и приняла естественную позу, пытаясь вывести на равновесие и Марту. Только девушку всё сильнее подколачивало. Она даже говорить не могла, только злилась. Видимо, на себя – за слабость, ну, и, конечно же, на Лору, за то, что сумела сына как зверька приручить, заставила поверить, поддаться.
– Выйди, Амиль, – Вдруг проговорила громко и осознанно.