В принципе, Вера не так уж и сильно поменялась, если, конечно не считать веса, одежды и цвета волос. Во-первых, она похудела… Нет, не так, она истощала! На фото блондинка имела вполне округлые формы и достаточно милые щёчки. Теперь же Вера больше походила на тень самой же себя — выделяющиеся скулы, выпирающие косточки. Нет, она не была анарексичкой… Но и здоровым это тоже не казалось, особенно теперь, когда я знал, какой она была когда-то. Во-вторых, шикарные светлые волосы сильно обстригли. Если раньше их длина доходила ей чуть ли не до пояса, то сейчас — едва доставали до плеч… И были фиолетовыми.
В одних лишь глазах мне понравилась перемена. Раньше они были полны кротости и послушания, сейчас же их хозяйка смотрела на мир смело и непокорно, переворачивая во мне всё, что только можно.
Девочка, что же тобой случилось, что же с тобой случилось?
Чем больше я разглядывал фото, тем сильнее начинал волноваться. Я не мог понять своих эмоций, но что-то во мне буквально разжигало панику. Я не понимал, что такого должно было произойти с человеком, чтобы он захотел так кардинально изменить свою жизнь.
Судорожно читал все статьи, последние из которых были написаны почти три года назад. Оказывается, Вера (или Вероника?) была чуть ли не гением музыки, со своих четырнадцати лет прославляя себя и нашу страну на всех мыслимых и немыслимых музыкальных конкурсах, почти каждый раз становясь то победителем, то лауреатом. А ещё лет с восемнадцати она аккомпонимировала своему известному в определённых кругах отцу во время его концертов. Я даже нашёл парочку видео. Вера на них выглядела крайне серьёзной, сосредоточенной и… несчастной. Или мне так только казалось. Не то чтобы она сейчас светилась от счастья при каждой нашей встречи, но тем не менее, она казалась крайне живой. А на видео… А на видео она была лишь каким-то безэмоциональным подобием себя. Отчего мне становилось страшно.
Я вскочил с кровати и заметался по комнате, борясь с желанием схватить трубку и позвонить ей. Сердце бешено скакало в груди, из-за чего меня затошнило. Метнулся в ванную и долго умывался холодной водой, стараясь придти в себя.
В голове крутился лишь один вопрос: "Вера, кто же тебя обидел?!"
Когда я вернулся в комнату, там обнаружились братья, все трое. Ромка в наглую развалился на моей постели и с надутым видом что-то рассматривал на потолке. Сразу стало ясно, что с Соней у них опять всё плохо.
