Мой нос уловил его запах — терпкий, но медовый, горький, но свежий. От инквизитора хорошо пахло. Впрочем, он как всегда и выглядел безупречно.
Идеальный образчик мужской красоты и сексуальности, даром, что должностное лицо и инквизитор в этом мире.
Попыталась ускользнуть от него, нырнув вниз через его руку, но мне не позволили. Тёрнер поймал меня за талию и снова прижал к стене.
— Оливия! Ты хуже самого Хаоса! — выдохнул он, всматриваясь мне в глаза. Его горячие ладони лежали на моей талии, и я отчётливо ощущала исходящий от них жар.
Э-э-эй! Гормоны! Ну-ка, быстро все успокоились и встали по стойке смирно! Ишь, ты, разбушевались!
— Отодвиньтесь… — попросила его, нервно улыбнувшись, и толкнула его ладошками в грудь. Но с тем же успехом можно было толкать и пихать многовековую гору.
Джон Тёрнер прищурился, но всё же убрал руки от меня и сделал шаг назад, увеличив расстояние между нами, и я облегчённо вздохнула.
Совсем-совсем мне не нравится, как я отреагировала на этого мужчину и его прикосновения.
Да, он хорош собой. Умён и хитёр. Но при всех своих достоинствах, Тёрнер имеет один существенный недостаток, который перевешивает чашу весов не в свою пользу. Он, чёртов, инквизитор! Тот, кто портит жизнь людям. В частности, мне.
Так что, нафиг-нафиг. И, чур меня!
— Оливия, не играй со мной. Кресло, что ты отдала — иллюзия. Очень качественная, мастерски исполненная, но иллюзия. Правда, я удивлён, что ты сходу, изучив книги о магии, сплела столь сложное заклинание и создала иллюзию ранга архимагистра.
Потом он скривился и что-то пробурчал себе под нос. Что-то про уровень магической силы и добавил ругательство со словом хаос.
Я сделала озадаченное лицо и произнесла:
— Не понимаю, о чём вы. Я не делала никаких иллюзий. Клянусь вам своей жизнью!
Последнее было правдой.
Я ведь не делала иллюзий? Не делала. А значит, я не виновата. А то, что кресло исчезло — это уже проблемы Тёрнера, а не мои.
— Я не владею такой способностью, как создавать эти ваши иллюзии, — добавила с улыбкой. — Хотелось бы, но я не посчитала столь важным прямо сейчас, изучать манускрипты по этой теме. Так что, извините, милорд, но я не в курсе, что стало с креслом Гаймена. Я передала вам артефакт и уже забыла о нём.
Сложила руки на груди и с небольшим, но превосходством посмотрела на мужчину, который холодно мне улыбнулся одними лишь уголками губ, а глаза его продолжали метать гром и молнии.
— Хитрая лиса, ты, Оливия, — произнёс с некоторой ленцой, инквизитор.