Может, Андрей или Александр?
– Как банально, сейчас это самые популярные имена в империи. Ты хочешь, чтобы ребёнок был как все, обычным? – пыхнул Теодор, укладывая голову на мягкую подушку. – Я посплю, а ты ещё подумай.
Неожиданно мы оказались в темноте.
– Эй, милый мой друг! Я-то ещё не сплю! Ты зачем свет погасил? – пошарила рукой перед собой, хотела дёрнуть зверя за холку, но наткнулась на тёплую ладонь оборотня.
– Ольга Ивановна, не нужно, не будите его. Я и сам могу посветить, не так ярко, как Теодор, но всё же.
Жёлтые звериные глаза завораживали. Я целую минуту молча на них таращилась, а потом икнула. Никакого яркого света они не принесли. Я еле разглядела свои руки.
– Свечку, наверно, надо купить, – прошептала я.
– Зачем? – так же шёпотом спросил Василий.
Разговор не задался, и через пять минут я задремала, оставив Василия за ответственного сторожа.
В следующий город мы въехали безо всяких препятствий, нас не только не просили предъявить документы, но даже и не остановили, что позволило нам всем немного расслабиться.
Гостиницу нашли попроще и поближе к городским воротам.
Выйдя из кареты, посмотрела на обратившегося ко мне Гаврилу.
– Я не хочу вас беспокоить в такой тяжелый момент, но мне… нам… лошадям… – он почему-то замялся.
– Гаврила, говори, не стесняйся. Что нужно лошадям? Отдых? Усиленное питание? Особое зерно? – я задавала вопросы.
– Нет, магический артефакт истощился. Закончилось действие полного подчинения, и лошади устают. Да и без артефакта они хуже видят в ночи.
– Какие есть варианты решения этой проблемы? – я перевела взгляд на чёрных красавцев.
– Или менять лошадей на постоялых дворах и передвигаться только днём, или пополнить артефакт, возможно, купить новый. Если вы мне доверяете, то я быстро могу сбегать на рынок. Лошадей оставлять жалко, они подарены вам отцом, – Гаврила на мгновение замолчал. – Да и дорогие они, менять на простых беспородных.
– На рынок? – я вспомнила, что доктор советовал прикупить молочную мамочку. – Я с тобой прогуляюсь.
– Тогда уж и я с вами, – из кареты вышел заспанный Теодор.
– О нет, друг мой любезный. Тебя мы оставим охранять Марту и детей. Мы одни сходим, – улыбнувшись, развернулась в сторону гостиницы. – Гаврила, я лишь умоюсь, позавтракаю, и отправимся. Прикажи распрячь лошадей, пусть поедят и отдохнут. Да и тебе не мешало бы выспаться.
