Я длинно вздохнула и покосилась на растревоженного, рассерженного котейку. Баюн едва сдерживался, чтобы не сорваться с места и не откусить головы «светлым» мужчинам.
Погладила я подлокотники своего трона, поразмышляла и приняла решение.
– Что ж, господа хорошие, я вас услышала. Благодарю за честность и прямоту.
А сама подумала, что много они мне не рассказали. Многое придётся самой узнавать.
Что ж, поиграем, лорды. Я люблю шахматы. Поиграем, да только по моим правилам.
Но вряд ли местные лорды умеют красиво и достойно проигрывать, если надумают гадить даме и подлости ей устраивать. Я ведь отвечать буду.
Главное моё правило по жизни – не нападай. Но если нападают на тебя – всегда давай сдачи, всегда отвечай!
Согласитесь со мной, что достойное и честное поражение гораздо лучше фальсифицированной победы.
Если помнит кто-то из вас, кто увлекается шахматами и историей, то на чемпионате одна тысяча девятьсот двадцать второго года Видмар проигрывал партию, но решил взять время на обдумывание.
Когда он вернулся, судья ему сказал: «Вы, Видмар станете победителем, потому как время вашего соперника Капабланки истекает».
Видмар не стал раздумывать. Ему не нужна была липовая победа, он быстро положил своего короля, обозначая поражение.
Вот она честь и достоинство. Сохранение своего лица. Видмар – пример. Это уважение к своему противнику. Лишь люди чести и высоких моральных принципов готовы сражаться в справедливой борьбе.
Сомневаюсь, что местные политики честны и благородны.
Политика, она в любом мире выглядит одинаково. Весьма уродливая и зловонная дама.
– После поговорим о делах, господа, а пока предлагаю отобедать. Угощайтесь. Разделите со мной мою еду и питьё, разломите со мной мой хлеб, как хорошие друзья.
«Гости», что «светлые», что «тёмные» побледнели, покраснели и вообще не знали, что делать дальше.
«Светлые» так и вовсе как-то поникли.
А я решила их добить.
– Как говорится: «Завтрак съешь сам, обед раздели с другом, ужин отдай врагу». Это афоризм военной мудрости, господа. Сейчас обед, и предлагаю его разделить с вами.
– Государыня, ты добра к нам, – поклонились мне тёмные и заняли свои места за столом.
Светлые не могли отказаться, ибо это значило, что они действительно враги мне. А жить-то хочется.
Помялись чуток, попереглядывались, да тоже поклон отвесили и за стол расселись.
– А ты хитра-а-а, Марья, – усмехнулся тихонько Баюн, чтобы только я его слышала.
– А ты думал, – хмыкнула в ответ.
Хлопнула в ладоши и передо мной появился мой персональный обед. Точнее, передо мной возникла скатёрка, а на ней блюда вкуснейшие, но всего понемногу и красиво сервировано.
Баюн решил потом отобедать. Он не считал «гостей» наших друзьями и кривился, злился, но терпел их присутствие.