— Вообще-то, он мой родственник, — округлив глаза, шепотом сообщил я.
Это известие добило окончательно простодушного Степана. Он виновато заморгал, вытянулся в струнку — точнее, в телеграфный столб — и пробасил:
— Звиняйтэ, пан Котов, ласкаво просымо до найшого управлэния!
Я принял солидный вид и прошествовал через открытый турникет на лестницу.
— Бывает, сержант. Еще увидимся!
Я поднялся к кабинету Олега, но дверь оказалась заперта, и я уселся напротив нее на подоконник.
«Если бы удалось раздобыть какие-нибудь документы, — принялся размышлять я, — например, полицейские протоколы об обстоятельствах смерти Крашенинникова и Крюгера, то там вполне могло бы обнаружиться кое-что интересное. Ведь оба имели длительный контакт с украденными раритетами и вполне могли стать жертвами религиозного преследования. Если не чего-то более страшного…»
Я невольно передернул плечами и поморщился — избитые птицами, они до сих пор напоминали о вчерашнем кошмаре саднящей болью. Мысли тут же вернулись на двенадцать часов назад. «А ведь был там коршун! Ей-богу, был!.. Ялкыны-тилгэн, помечающий очередную жертву Тенгри… Выходит, меня теперь тоже пометили и надо ожидать появления Небесного Пса?»
От невеселых дум меня отвлек Ракитин, появившийся по обыкновению совершенно неожиданно и не с той стороны, откуда я его ждал.
— Ого, мистер сыщик! Вас-то мне и не хватало! — хищно оскалился он, распахивая дверь кабинета. — Прррошу!..
— Зачем так плотоядно, инспектор? — насторожился я.
Мы уселись каждый на свое излюбленное место, Олег тут же закурил, и я, помедлив, последовал его примеру. Разговор, похоже, обещал быть долгим и не очень приятным.
— Итак, Холмс, для начала я весь внимание, — напористо продолжил Ракитин. — Ваш отчет!
— Извините, инспектор, не успел распечатать! — я решил тоже занять позицию «активной обороны».
— Разрешаю доложить устно. Кстати, что у вас с лицом, Холмс?
— С кровати упал. И так — десять раз!
— А если серьезно, Димыч?
— Я говорю, серьезно!..
— Куда уж серьезнее. У меня и свидетель имеется…
Я кратко пересказал Олегу свои похождения и приключения последних суток, опустив интимные подробности. Ракитин очень внимательно выслушал, тщательно осмотрел мою поклеванную голову, заставил задрать рубашку и исследовал ссадины на спине. Но в конце концов вынужден был признать, что я ничего не сочинил.
— И все равно, этого просто не может быть! — растерянно развел он руками, возвращаясь на свое место за столом.
— «Есть многое на свете, друг Горацио…» — вздохнул я, одеваясь.
— Нет, конечно, птицы изредка нападают на людей, но при чем тут мистика? — уперся Олег. — Всему этому наверняка есть простое научное объяснение.
— А вот профессор Крюгер считает шаманов реальной силой.