Семена старообрядцев оказались вдали от цивилизации, где суровая природа и жажда выживания порождают смертельную борьбу за ресурсы. В условиях засухи и огня на тайге сталкиваются семьи, охотники и загадочные чужаки. Нарастает напряжение между людьми и силами природы, предвещая кровавый пир.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Хозяин урмана» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Семена старообрядцев оказались вдали от цивилизации, где суровая природа и жажда выживания порождают смертельную борьбу за ресурсы. В условиях засухи и огня на тайге сталкиваются семьи, охотники и загадочные чужаки. Нарастает напряжение между людьми и силами природы, предвещая кровавый пир.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Станиславович Федотов Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
Семена старообрядцев оказались вдали от цивилизации, где суровая природа и жажда выживания порождают смертельную борьбу за ресурсы. В условиях засухи и огня на тайге сталкиваются семьи, охотники и загадочные чужаки. Нарастает напряжение между людьми и силами природы, предвещая кровавый пир.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Илькун тоже встал.
— Тогда пойдем-ка спать, лахсы, — Селютин приятельски приобнял ханта за худые плечи, — до рассвета еще часа три…
Утром маленький отряд благополучно свернул бивуак и двинулся в старом направлении, на запад. На сей раз впереди пошел Охрим, и, как оказалось, не зря. Еще до полудня лесовик вдруг вернулся к остальным, подошел к Селютину и твердо сказал:
— Нет. Человек и зверь.
— Как это?! — Михаил пристально посмотрел лесовику в глаза. — Ты ничего не путаешь?
— Я знаю тайгу лучше твоего остяка! — оскалился Охрим. — Я нашел два следа — человеческий и медвежий.
— То есть они оба идут за нами? Вместе, что ли?
— Нет… Каждый своей дорогой. Но явно за нами. Уже часа два.
Селютин почесал макушку, подумал и объявил привал. Потом потребовал, чтобы Охрим все рассказал остальным. Бурносов, услышав новость, расчехлил и зарядил свое ружье, Петр недоверчиво хмыкнул, а Илькун посерел, сел на пятки, сложил руки перед грудью в странном жесте и принялся раскачиваться в стороны и бормотать что-то на своем языке.
Михаил оглядел всю компанию и поинтересовался:
— Какие будут соображения, господа?
— Ну, медведь нам не страшен, — заявил Петр. — Сейчас лето, еды в тайге полно. Мишка просто любопытничает. А вот человек… Может, поймаем его и спросим?
— Вряд ли это будет просто, — покачал головой Охрим. — Он, похоже, тоже лесовик — тенью ходит, и босой к тому же.
— Ну, мы тоже не лыком шиты, — чересчур бодро вставил Бурносов. — Давайте на него засаду устроим?
— Идея хорошая, но малоосуществимая, — невесело усмехнулся Селютин. — Но за неимением лучшего можно попробовать. Как, Охрим?..
— Можно… Только сначала…
Он недоговорил. Откуда-то сбоку раздались хруст ломаемого валежника, неразборчивые ругательства, и тут же на прогалину из подлеска вывалился… Бес! Боже, в каком он был виде! Мешковатые куртка и штаны его грязно-зеленого цвета с рыжими пятнами, делавшими владельца почти незаметным среди лесной пестроты, изорваны в клочья, через всю правую щеку протянулась глубокая царапина — явно не от сучка или ветки, левая кисть висела плетью и распухла. Ни рюкзака, ни походного мешка при «цыгане» не оказалось, хотя, по здравому размышлению, должен был быть. Оружия, кроме ножа на поясе, тоже не наблюдалось.
— Что с тобой, Бес?! — сумел после минутного замешательства вымолвить Селютин.
— Об медведя зашибся! — нервно огрызнулся тот и стал судорожно хлопать себя по карманам, один из которых болтался наполовину оторванный. — У тебя папиросы есть?
— Ты же бросил курить?!
Михаил в изумлении протянул ему коробку «Невской перспективы» — дорогущих модных папирос, полученных от щедрот Кухтерина. Бес с трудом прикурил, едва не сломав папиросину, так сильно тряслись его руки.
