Но тридцать лет назад они были.
– Ну, так это в архиве искать нужно.
– Здесь. – Женщина подошла к шкафу, одну за другой достала несколько папок и перенесла их на стол. – Удостоверение не покажете?
– Бдительность проявляете? – Сергей дуло раскрыл «корочки» и приблизил к глазам женщины.
– Спасибо. – Директриса развязала папку. – Тридцать лет назад… Как, говорите, фамилия?
– Троицкие. Две сестры. Одной было два года, другой – четыре.
Через несколько минут она заявила:
– Ни одной, ни другой. Может быть, на год позже или на год раньше? – Она посмотрела в других папках. – Нет, тоже ничего.
– Этого не может быть, – сказала Полина.
– У нас в делах полный порядок.
– Скажите, – спросил Дуло, – сколько лет вы работаете?
– А есть кто-то, кто работает больше тридцати?
– Медсестра наша, тетя Люба.
– Можете ее позвать?
– Лучше пойдемте в медпункт. Она плохо слышит.
Директриса распахнула дверь кабинета и вышла в приемную. Замедленно перешагнула через лежавшее у порога тело, прошла в коридор.
Народу там убавилось – перспектива стоять перед закрытой дверью приемной для многих показалась не столь заманчивой.
Вслед за директрисой Сергей Дуло и Полина вошли в медпункт.
У стола сидела кругленькая старушка и капала в стакан валерьянку.
– Тетя Люба! – крикнула директриса.
От ее зычного голоса Полина вздрогнула. У Дуло нервы оказались покрепче, он и глазом не повел.
– Тетя Люба! – еще громче заорала женщина.
Старушка оглянулась.
– Что же это делается, миленькие мои?.. Приходят, убивают хорошую женщину… Что же это творится… – она одним махом опрокинула валерьянку в рот.
– Тетя Люба! Вы помните сестер Троицких? Были у нас такие воспитанницы? – От надрывного вопля директрисы дребезжали стекла в оконных рамах.
– А как же, Алиночка и Марина. Только та, что помладше, Мариночка, умерла.
– Как же так… – Директриса расстроенно уронила руки. – Куда тогда подевались личные дела? Непорядок… Вы побеседуйте, а я проверю по описи.
– Тетя Люба! – закричала Полина. – Вы не знаете…
– Не кричи, – сказала старушка, – я тебя хорошо слышу.
– Так что же вы? – Сергей Дуло усмехнулся. – Дурака валяете?
– А вы бы стали выпрашивать лекарства у полоумной глухой старухи?
– Для себя лично? – улыбнулась Полина. – Нет.
– Постепенно я отучила всех. Постоит такая, попросит тихонько, кричать-то стыдно. А я и не слышу… Что с меня возьмешь – старая да глухая. Детям и так лекарств не хватает.
Тетя Люба подошла к столу, выдвинула нижний ящик и достала стопку медицинских карточек. Нашла две и протянула Полине.
– Вот, Троицкая Алина Николаевна и Троицкая Марина Николаевна.
– Дайте-ка… – Дуло забрал карточки и тщательно их просмотрел.