— Что это за бог такой? — шепотом спросил Оладан у Хокмуна. — Сколько у него приверженцев? И все ли они свирепы, как те матросы? Может, Рыцарь недооценивает их силу или переоценивает нашу доблесть?
Хокмун промолчал, пожав плечами, — в ту минуту он мог думать только об Исольде. Он не спускал глаз с черной громады крепости, гадая, где томится его нареченная.
Почему в рыбацкой деревне царит тишина, они поняли, когда въехали на окраину. Все жители были зверски зарублены — лезвия мечей и топоров остались в черепах мужчин и женщин.
— Темная Империя! — глухо произнес Хокмун.
Рыцарь отрицательно покачал головой.
— Гранбретанцы тут ни при чем. У них не такое оружие. И другие привычки.
— Но… кто же тогда? — вздрогнув, прошептал Оладан. — Какая-нибудь секта?
Рыцарь не ответил. Он остановил коня, спешился и, тяжело ступая на песок, приблизился к лежащему поблизости мертвецу. Спутники Рыцаря, оглядываясь, разбрелись по деревне.
С озера наползал туман, его холодные потоки, словно щупальца гигантского спрута, оплетали ноги людей и коней.
— Все эти люди принадлежали секте, — сказал Рыцарь. — Некоторые снабжали крепость провизией, остальные там жили.
— Передрались между собой? — предположил д'Аверк.
— В некотором смысле.
Хокмун не договорил — за лачугами раздался пронзительный крик. Четверо воинов выхватили мечи и образовали круг, готовые к нападению с любой стороны.
Но увидев нападавших, Хокмун так растерялся, что опустил оружие.
Они бежали между домами, подняв над головами мечи и топоры. На них были нагрудники и кожаные юбки; в глазах горел свирепый огонь; с губ, распяленных в зверином оскале, падали клочья пены.
Но не это поразило Хокмуна и его спутников; их потрясло, что все эти обезумевшие воины были женщинами необычайной красоты.
Став в защитную позицию, Хокмун с ужасом смотрел, нет ли среди них Исольды. Увидев, что ее здесь нет, он с облегчением вздохнул.
— Вот, значит, зачем Безумному Богу понадобились женщины, — проворчал д'Аверк.
— Насколько я могу судить, он извращенец, — сказал Рыцарь, отразив удар подбежавшей к нему «амазонки».
«Амазонки» сражались неумело, но Хокмун только отбивался и пятился, не в силах нанести разящий удар. Отступали и его товарищи. Получив небольшую передышку, Хокмун оглянулся, и ему в голову пришла спасительная мысль.
— Отходим к сетям! — крикнул он. — Я знаю, как победить без кровопролития.
Мужчины пятились до шестов, на которых висели сети. Отбивая удары, Хокмун свободной рукой ухватился за край одной из них. Оладан понял его замысел и взялся за другой край. Хокмун крикнул: «Давай!» И они набросили сеть на женщин.
Многие запутались сразу, но некоторым удалось высвободиться. Они снова бросились в бой, но сразу угодили под другую сеть, брошенную Рыцарем и д'Аверком.