— Другие обо мне знают?
— Я — Флана Микосеваар, графиня Канберийская. Никто и не догадывается, что ты здесь, бесстрашный германец. И не бойся, я не позову стражу, мне глубоко безразличны и политика, и барон Мелиадус. А вообще-то я благодарна тебе, что ты избавил меня от противного, надоедливого мужа.
— Вы — вдова Микосеваара?
— Да. А я тебя сразу узнала — по Черному Камню, который ты попытался закрыть рукой. Ты ведь герцог Дориан Хокмун фон Кельн и прибыл сюда в таком виде, чтобы разведать секреты своих врагов.
— Боюсь, мне придется убить вас, мадам.
— Но я же не собираюсь выдавать тебя, герцог Дориан… Во всяком случае, пока. Я просто хочу доставить тебе удовольствие, вот и все… Ты снял с меня маску… — Она подняла свои золотистые глаза и заглянула ему в лицо. — Теперь тебе остается снять с меня все остальное.
— Мадам, — хрипло проговорил он, — я не могу. Я женат.
— Как и я. Я тоже была замужем, и не раз…
В ответ он также пристально посмотрел на нее. Его лоб покрылся испариной, мускулы напряглись.
— Мадам, я… я не могу…
Послышался шорох, и они обернулись.
Разделяющая апартаменты дверь открылась, на пороге возник высокий красивый мужчина, который притворно закашлялся и поклонился. Он был совершенно наг.
— Мой друг, мадам, — сказал Хьюлам д'Аверк, — человек строгих моральных правил. Но, вероятно, я смогу помочь…
Флана повернулась к нему и оглядела с головы до пят.
— Что ж, вы не производите впечатления слабака, — сказала она.
— Ах, мадам, вы так добры! — Подойдя, он обнял ее за плечи и повел в свою комнату. — Я сделаю все, что в моих слабых силах, по крайней мере, если это позволит мое больное сердце.
Дверь закрылась, и Хокмун, весь дрожа, остался один.
Он сел на край постели, ругая себя за то, что не лег спать в одежде и маске… Но тяжелый день заставил его забыть о мерах предосторожности. План Рыцаря в Черном и Золотом показался достаточно рискованным, но ничего другого придумать не могли — прежде чем искать старого колдуна на западе Гранбретании, они должны были выяснить, не попал ли он уже в темницы Лондры. Однако теперь им, похоже, уже не суждено этого узнать.
Стражники наверняка видели, как графиня входила сюда. Даже если убить ее или хотя бы связать, охрана все равно заподозрит неладное. Ведь они находились в городе, где каждый человек жаждет их смерти. Здесь нет друзей и нет никакой надежды спастись в случае разоблачения.
Надо бежать отсюда, пока Флана не подняла тревогу… Но как это сделать? Хокмун не знал.
Он надел доспехи, поверх них — свой клоунский наряд. Единственным оружием ему мог послужить золотой посох, который дал ему Рыцарь как «знатному сановнику Коммуназии» для пущей убедительности. Хокмун взвесил его на руке, с грустью вспомнив меч.