— Что ж, начнем сначала, — сказал он и затянул медленную литанию, которую Хокмун уже слышал.
Ощущая во рту привкус желчи, Хокмун попытался освободиться от веревок. Вэйон пел на одной ноте, все громче и громче, пока его жертвам не стало казаться, что он впадает в транс…
— Меч Зари, который оживляет мертвых и позволяет жить живущим…
Кончик ножа царапнул бедро Хокмуна…
— …источником чьего света является кровь, дарующая жизнь человеку…
Невольно Хокмун подумал, действительно ли розовый меч каким-то образом берет свой свет из крови. Нож дотронулся до его колена, и он вновь вздрогнул, наблюдая за действиями Вэйона и напрягая мышцы, чтобы порвать путы…
— …знай, что тебе будут поклоняться во все века…
Внезапно Вэйон замолчал и разинул рот, глядя поверх головы Хокмуна. Хокмун поднял глаза и тоже поперхнулся.
Меч Зари опускался! Он опускался медленно, и Хокмун заметил, что чудесный клинок висит на паутине из металлических нитей. И что в этой паутине находится что-то еще… Человек.
Лицо человека полностью закрывал высокий шлем. Доспехи были только двух цветов: черного и золотого, на боку висел огромный меч.
Хокмун не верил своим глазам. Он узнал этого человека… если это был человек.
— Рыцарь в Черном и Золотом! — закричал он.
— К вашим услугам, — раздался из-под шлема иронический голос.
Вэйон зарычал и кинул в Рыцаря нож. Нож со звоном ударился о его доспехи и упал в бассейн.
Одной рукой сжимая рукоять Меча Зари, Рыцарь осторожно разрезал кинжалом путы, стягивающие запястья Хокмуна.
— Ты… ты осквернил нашу святыню… — словно не веря в происходящее, выдавил из себя Вэйон. — Почему ты не наказан? Наш бог, Батах Герандиун, покарает тебя. Это его меч, в нем живет его дух!
— Мне лучше знать, — ответил Рыцарь. — Меч принадлежит Хокмуну. Однажды Рунный Посох счел нужным использовать твоего предка Батаха Герандиуна в своих целях, дав ему власть над этим розовым клинком. Не сейчас ты потерял эту власть, и ее получает Хокмун!
— Я не понимаю тебя, — растерянно проговорил Вэйон. — Кто ты? Откуда пришел? Ты… может ли это быть? Ты — Батах Герандиун?
— Возможно, — пробормотал Рыцарь. — Я могу принимать самые различные обличья.
Хокмун молился, чтобы Рыцарь освободил его поскорее. Не вечно же Вэйон будет стоять столбом… Как только его запястье освободилось, герцог схватил кинжал, протянутый ему Рыцарем, и стал торопливо обрезать путы на ногах.
Вэйон потряс головой.
— Невозможно. Я брежу… — Он обернулся к пиратам. — Вы тоже видите его — человека, взявшего наш Меч?
Пираты мрачно кивнули, затем один из них побежал к выходу:
— Я за подмогой. Людей позову…
И тогда Хокмун прыгнул — прямо на ближайшего лорда-пирата — и схватил его за горло.