Так, капитан?
Мелиадус осторожно потрогал свою маску.
— На континенте есть подразделения Волков, Стервятников и даже Хорьков. Вероятно, если их отозвать…
— Хватит ли у нас времени, сэр?
— Что ж, придется выкроить время, капитан.
— А не предложить ли пленным сменить маски? — пришла Мелиадусу хорошая мысль. — Они же видят, что Король побежден, и наверняка захотят перейти на нашу сторону.
— Дворец Короля Хаона отлично защищен, сэр, — проговорил Бели, отдавая честь.
— Он будет взят, я в этом уверен!
Музыка Лондена Джона все еще звучала. Мелиадус смотрел на пожар и думал о том, что все идет отлично. Он был абсолютно уверен, что через некоторое время Дворец будет взят, Хаон — уничтожен, а Флана займет его место. Мелиадус уже представлял, как он станет самым могущественным человеком в Империи.
Барон взглянул на стенные часы. Время приближалось к одиннадцати. Он встал и хлопнул в ладоши. Девушки умолкли.
— Принесите мои носилки, — приказал он. — Я отправляюсь во дворец Времени.
Те же рабыни вернулись с носилками, барон сел в них и облокотился на подушки.
Когда его медленно несли по коридорам, Мелиадус все еще слышал музыку огненных пушек, крики сражающихся солдат. Он отдавал себе отчет, что победа еще не достигнута: могут найтись лорды, которые даже после смерти Хаона не признают Императрицу Флану. Мелиадус понимал, что для укрепления своего положения ему понадобится несколько месяцев. Впрочем, делу можно помочь, если удастся объединить всех против Камарга и замка Брасс.
— Быстрее! — крикнул он обнаженным девушкам. — Быстрее! Мы не должны опоздать!
Если машина Тарагорма вернет замок Брасс назад, то он получит двойное преимущество: насладится местью и объединит против врагов всю Империю. Ненависть к жителям Камарга должна сплотить гранбретанцев, решил он.
Мелиадус вздохнул. Он был очень доволен — все шло просто превосходно.
…Близилась развязка. Пока герои Камарга строили в замке Брасс свои планы, а Король-Император Хаон совещался в Тронном Зале, барон Мелиадус, находившийся во дворце Времени у Тарагорма, уже мысленно расставлял свои ловушки. Все эти планы начали влиять друг на друга, а Рунный Посох — оказывать на всех свое воздействие. Кроме того, Темная Империя раскололась на части из-за ненависти. Мелиадуса к Хокмуну, которого барону не удалось использовать как марионетку. У Хокмуна оказалось достаточно сил, чтобы пойти против Мелиадуса. Вероятно, именно в то время, когда Мелиадус выбрал Хокмуна для диверсии против обитателей замка Брасс, Рунный Посох и сделал свой первый ход. И на ткани истории начал вырисовываться узор судьбы, сплетенный настолько хитро, что некоторые нити уже были патовы вот-вот оборваться…
Из «Истории Рунного Посоха»
Стало прохладнее.