– Помнится, в школе на уроках истории изучали нечто подобное.
Селиванов недовольно засопел, глядя на сидевшего с задумчивым видом Александра.
– Нам потребуется время, чтобы обдумать предложение. Ни я, ни присутствующие здесь не могут распоряжаться чужими судьбами, – наконец высказал свое мнение Бер. – Думаю, коллеги со мной согласятся.
– Верно мыслишь, Саша, – поддержал его Владимир Иванович. – Быстро только мухи родятся. Соберем совет, обмозгуем, что да как. Когда примем решение, сообщим.
– Понятно, – протянул Селиванов. – Что ж, надеюсь на ваше благоразумие.
– А в противном случае что? – не унимался Вячеслав. – Нападете ночью и всех перережете?
Не обращая внимания на бывшего майора, подполковник Селиванов повернулся к Коновалову и спросил:
– Капитан, не желаете вернуться? Обещаю, прошлое будет забыто.
– Нет, не желаю. Не по пути мне с убийцей собственного командира.
Подполковник густо покраснел, прищурился и медленно встал изза стола.
– Полагаю, сегодня сказано достаточно. Думайте, решайте, и побыстрее. – Он направился к выходу, молчавший на протяжении переговоров помощник отправился следом. – Провожать не нужно, дорогу я помню.
В коридоре Леха бодро вытянулся в струнку и козырнул гостям.
– Пойду прослежу, чтобы убрались без эксцессов. – Коновалов оперся о столешницу обеими руками, поднялся и вышел за парламентерами.
– А всетаки он проговорился, – произнес Бер, когда за Коноваловым закрылась дверь.
– Ты про отсутствие единого командования и что скоро сила будет на их стороне?
– Да, и в этом я вижу неплохие перспективы. Как думаешь, стоит Быстрицкого предупредить о том, что Дробыш готовит ему каверзу?
– Обсудим ситуацию чуть позже. Леха! – позвал Вячеслав.
– Я здесь, вашвысокоблагородие!
– Клоун… Значит, так, собери всех наших. Пусть через час стягиваются на совещание, – скомандовал майор. Когда Алексей исчез, добавил: – А я пойду приведу себя в порядок.
Бер с удовлетворением разглядывал растущие с каждым днем кубометры правильных параллелепипедов шлакоблока.
Он никогда не задумывался, насколько сложным может стать производство такой простой вещи, как шлакоблок, – раньше достаточно было заказать его по телефону. Слава богу, среди пришедших на базу оказался спившийся технолог кирпичного завода Василий Васильевич, имевший в привокзальной среде Зареченска прозвище ВасьВась.
Никто не помнил обстоятельства появления ВасьВася. Он просто возник из ниоткуда и сразу стал вести себя так, словно жил тут всегда.
