В тёмном лагере бывших рабов напряжение кипит невыносимо — молчаливая толпа, глядящая вниз с суровыми взглядами. Молнии на небе несутся рядом, дождя всё ещё нет, но предчувствие бури ясно чувствуется. В каждом глазе щёлкает напуганный огонек — как будто люди знают, что настало время действовать без лишних слов....
Три ракетные установки A класса, две лазерные турели такие же, как и четыре бластерные, еще на всякий случай поставили электромагнитную пушку большого такого калибра. И следящие системы, мимо которых мышь не проскочит. Включай сюда на крышах других минометы, автоматические гранатометы, точнее, земные их аналоги, и другое оборудование, но уже техносов и на класс ниже — B++. Вокруг засеяли все минами, установили барьеры. И ракетами PFL нас не взять, купол над репликатором не позволит. Так что…
— Координаты всех диктуй, и укажи точную численность оставшихся коговцев, — потребовал я, как ожидалось, стелы находились в списке для захвата.
В принципе, решаемо.
— Я говорил, всего их девяносто шесть! Ты уничтожил, слышишь, ублюдок, мутант… Мразь, ты убил окончательной смертью больше шестисот человек. Вполне обычных людей, — девушек и юношей, женщин и мужчин, у многих уже имелись семьи, были какие-то мечты.
Мда."
"Но, как я уже упоминал, мыслительный процесс у синоби был крайне эластичным и пластичным, в нем легко уживались подобные максимы. С одной стороны они наемные убийцы, лишающие жизни слабую жертву. Исподтишка, коварно, а с другой, сетовали об отсутствии неких моральных понятий и устоев у других людей. Грозил и хотел уничтожить страшной смертью всех, кто мне был дорог, а когда самого коснулось, я оказался чудовищем. И ведь что удивительно, эта падла не била по больным местам, в надежде хоть так вывести меня из равновесия, лишить душевных сил, родить муки.
Сжал и разжал кулаки, этот жест не укрылся от пленника, он усмехнулся. Думал, что одной из своих целей все же достиг, заставил пожалеть.
