Лоскутное одеяло молодой державы стремится расколоться на самостоятельные куски. Только вот торговые связи стали прочны, и мятежные земли начали осознавать, что потеряли больше, чем приобрели. А главный герой шаг за шагом идет к своей цели - к перезагрузке отжившей свое цивилизации и к созданию новых правил игры. Новые торговые маршруты, новая знать и новые обычаи. Только вот враги остались старые....
"Кинжал Немезиды
Глава 1
Год 3 от основания храма. Месяц десятый, Гефестион, богу-кузнецу посвященный.
Октябрь 1173 года до н.э. Энгоми.
Солнечный луч, проникший через неплотный ставень, пробежал по закрытым векам, лишая меня непривычного покоя. Я хотел валяться на мягкой перине и не делать ничего. Голова моя словно прилипла к подушке, а руки и ноги налились свинцом. Если бы не зов природы, я, наверное, не встал бы с кровати никогда. Пусть весь мир подождет, я это заслужил. Мягкая постель и безмятежный сон оказались самой большой роскошью, что я видел за все свои две жизни.
Я, оказывается, привык к одиночеству, провались оно. И теперь даже дети, тонко чувствующие мой настрой, не смели беспокоить меня, пока я сам не звал их. Тогда они забирались подмышку и лежали молча, не произнося ни единого слова. Илу это давалось легко. Он рос не слишком многословным мальчуганом, приученным к тяжкой дисциплине власти.
Два маленьких сердечка бились рядом со мной, а я проваливался в какое-то безвременье, из которого не хотелось выходить. Во мне как будто сломалось что-то, и я на полном серьезе размышлял: а ведь Поликсо права.
— Я же спасаю цивилизацию, — пробурчал я себе под нос. — Это моя великая миссия и бла-бла-бла. Соберись, тряпка!
Зря это сделал. По молчаливому уговору, сложившемуся с детьми, теперь можно было открыть рот. И началось.
— Па! Я поборол Мегапенфа!
— Па! Я видела жука! Вот такого!
— У меня теперь лошадка есть!
— А у меня диадема! Мама ее забрала и не дает!
— А где Феано? Она сказки рассказывала. Сказку хочу! Па, расскажи сказку!
— Подъем! — вздохнул я, выдирая себя из объятий пуховой перины. — Мама, наверное, заждалась нас.
Здесь встают с рассветом, а потому сон до полудня считается чем-то из ряда вон выходящим. Даже рабыни перешептываются, я это чувствую затылком.
