В дремавшем полумраке виднелись лишь черные фигуры вооруженных солдат, когда ветер срывал их рвущиеся шлемы и балаclоны. Вечерело. Где-то на севере собиралась гроза, там набухали зловещие лиловые тучи, громыхал гром, над горизонтом то и дело возникали короткие вспышки молний. Капитан Шубин обходил разведроту, оглядываясь на чью-то бдительность в этот мирный час....
– Ну, вы-то подошли, – усмехнулся Шубин. – Значит, не так уж хорошо он охраняется. Но все равно вы молодцы. Ладно, лейтенант, доставай рацию, налаживай ее. Ты у меня сегодня будешь радистом.
Когда Деревянко приготовил рацию к передаче, Шубин стал диктовать ему донесение в штаб армии. Он подробно рассказал, как устроена оборона Карманова. Особый упор Шубин сделал на том факте, что окраины села плохо защищены и даже поля вокруг села не заминированы. Затем он сообщил добытые Деревянко и Гиляловым сведения о немецком аэродроме.
Когда передача была окончена, Шубин приказал лейтенанту выключить и свернуть рацию. Но вдруг тот воскликнул:
– Погоди, капитан, тут что-то передают!
И он вновь прильнул к рации, ловя чередование точек и тире. Затем, когда передача из штаба закончилась, сообщил Шубину:
– Командование выражает нам всем благодарность. Приказывает оставаться на месте.
– То есть как же – оставаться на месте? – удивился Шубин. – Разве нам не нужно возвращаться к своим?
– Получается, что нет, не надо, – ответил Деревянко.
Шубин немного поразмышлял, потом кивнул:
– Это значит, что наступление наших войск начнется раньше, чем было запланировано. Они только наших сведений и ждали. Начнут прямо сейчас. Что ж, это хорошо. Если немцы на нас побегут, сможем встретить их огнем.
Действительно, прошло не больше часа, и вся восточная сторона горизонта загудела от непрерывных артиллерийских залпов. Это советские войска начали артиллерийскую подготовку.
С наступлением ночи боевые действия временно затихли. А на участке, где разведчики устроили временный лагерь, наоборот, наблюдалась повышенная активность. И слева, и справа от ельника, в котором притаились разведчики, шла пехота. Немцы старались закрыть дыры в своей второй линии обороны, которая с утра должна была стать первой линией.
– Кажется, они затыкают свои слабые участки, где мы смогли просочиться, – заметил Шубин товарищам.
