— Жаль, что двигатель гравитационный, — сказал Павлыш. — А то бы растопили снег отработанными газами, и дело с концом.
— Да. — Антипин подошел к краю крыши и ощупал ногой карниз.
Карниз не выдержал его веса и обломился. Взмахнув руками, Антипин пропал в снегу.
— Ну вот, — сказал из корабля Малыш. — Второй раз на этой планете проваливается. Что за развлечение себе придумал?
— Ты как там? — спросил Павлыш, осторожно подходя к краю крыши.
— Тут, по-моему, дверь, — ответил Антипин. — Только ее никак не откроешь. Примерзла.
Шлем Антипина покачивался в осыпающихся краях дыры, пробитой им в насте.
— Погодите, — сказал Малыш. — Я, кажется, могу помочь. Здесь в инструментах должен быть тепловой резак. Ага, вот он. Я луч расфокусирую, получится конус. Слава, поднимись сюда.
Павлыш не сумел поймать брошенный резак, и тот исчез в снегу.
— Не потеряй! — крикнул Малыш. — Второго нету. И лопату не взяли.
— Что такое лопата? — поинтересовался Аро.
— Очень простой инструмент, — объяснил Малыш. — С его помощью построены все великие памятники земной цивилизации. Прадедушка экскаватора.
— Понятно, — ответил Аро.
И не было ясно, действительно ли ему понятно или он думает, что Малыш шутит.
Антипин разыскал резак, включил его сначала на малую мощность, потом, когда снег стал съеживаться, открывая сумеречное небо и низкое, у самой земли, солнце, перевел на полный ход и уверенно двинулся вокруг дома, стараясь не задеть его тепловым конусом и слушая, как журчит вода, прокладывая путь в снежном матраце.
Оттаявшая дверь сама приоткрылась, и свежий воздух ворвался в хижину. Павлыш постучал пальцем по стеклу узкого, похожего на бойницу окна.
— Даже стекла не разбились, — сказал Антипин. — Удивительно: дом засыпан, а окна целы.
— Ты рассуждаешь как старожил. — Павлыш потянул дверь на себя и включил фонарь на шлеме."
"За небольшим тамбуром была комната с плитой — или печью — в углу и треугольным столом посередине. На плите стояла кастрюля, наполненная льдом. Ледяные сталактиты свисали с потолка, низкого и черного. Позади стола виднелась широкая лежанка, на которую была навалена куча окаменевшего тряпья. Свет чуть-чуть пробивался сквозь бойницы окошек, одинокая табуретка упала когда-то и вмерзла в слой льда, покрывающий пол. Людей нигде не было.
— Рыбаки, что ли, здесь жили? — спросил Антипин.
— Похоже, что дом покинут.
— Зря летели? — огорчился Малыш, который прислушивался к разговору.
Диссонансом обстановке комнаты была повисшая на одном гвозде полка с книгами. Некоторые из них упали на пол и утонули во льду, другие чудом держались на полке, скрепленные морозом.
— Может, здесь жил благородный и бедный отшельник?
— Не мешало бы найти его. А то наш Ранмакан даже книг, по-моему, не читал.