Мальчик прижался к холода камням, чувствуя как его тело покрыто синяками начинает неметь. Шероховатая грубость стены давала ему опору в темноте и холоде. Губы опухли, кровь стекала на подбородок, а глаза наполнялись слезами от невменяемой боли.
Под настороженными взглядами он открыл багажник и вытащил оттуда бумажный пакет, который и протянул удивленной Риссе.
В пакете оказались недавно купленные кроссовки и на вопрос что они делали в машине, оборотень смущенно ответил что знал о том, что Риссу забрали без обуви и был настолько уверен что им удасться ее найти, что захватил вместе с мужской одеждой пару кроссовок для нее. Обувшись и выйдя из машины, девушка благодарно чмокнула Дуки в небритую щеку, проигнорировав звук рвотных позывов раздавшийся за спиной.
- Ну ты, Дуки, п*здец… - Сокрушенно качая головой, он пошел внутрь, ожидая что друг и девушка последуют за ним.
Первые секунды они замерли в дверях, привыкая к шуму и свету. Ника, ощутив знакомый запах виски, пота и сигарет ощутил себя уверенней и, схватив Риссу за руку, начал протискиваться к барной стойке. На сцене играл какой-то местный бэнд, а помятые официантки разносили на заляпанных подносах кружки с пивом и звенящие льдом стаканы виски и водки.
Невежливо спихнув со стула какую-то проституку, Ника занял освободившееся место и усадил Риссу себе на колени. Как ему это удалось сделать на узком и высоком стуле, было одному черту известно. Девушка опасливо косилась на оскорбленную и шипящую женщину, покрытую целой тонной дешевой косметики и облаченное в короткое платье такого тошнотворно-розового цвета, что на нее было больно смотреть.
- Эй! - Она шлепнула Нику по плечу, вынудив его обернуться, но, натолкнувшись на пугающий взгляд неественно-оранжевых глаз, ретировалась. Дуки возник рядом с ними, суетливо оглядывая бар то ли в поисках места, то ли в желании поскорее выпить. С трудом втиснувшись между стульями, он уставился горящими глазами на ряд бутылок и замер в предвкушении.
- Детка, тебе чего? - Рисса с трудом узнавала так изменившегося за ночь оборотня. Нет, внешне все осталось как прежде, даже огонек безумия все так же горел в его глазах, но что-то неуловимое в нем все таки сдвинулось, сделав его более… человеком?
- Мне пива.
Ника не мог сказать что ему нравилось в этом тесном и шумном месте, наполненном удушающими запахами, но пребывание здесь было ему необходимо. В этой гуляющей толпе его по немногу отпускал сковывающий ужас, захвативший его этой ночью.
