Мальчик прижался к холода камням, чувствуя как его тело покрыто синяками начинает неметь. Шероховатая грубость стены давала ему опору в темноте и холоде. Губы опухли, кровь стекала на подбородок, а глаза наполнялись слезами от невменяемой боли.
Ей казалось, что она не ела целую вечность и ее голод был так огромен, что она его не скоро сможет утолить. Она приняла протянутую ей бутылку и сделала большой глоток янтарной жидкости. Тепло потекло по горлу и, достигнув желудка, согрело тело. Кровь быстрее побежала по венам, прогоняя холод и согревая застывшие конечности.
Ника щелкал кнопками магнитолы в поисках радио и, наткнувшись на хорошую песню, врубил музыку на полную громкость. Рок загрохотал в салоне, низкими вибрациями отдаваясь в теле, разгоняя кровь и поднимая уровень адреналина.
Скорость, текущий по горлу огонь, проносящиеся мимо огни, врывающийся в разбитое окно ледяной ветер сводили с ума, путали мысли, распаляли инстинкты.
Рисса вырвала бутылку из рук оборотня и, запрокинув голову, сделала большой глоток. Ника улыбался, сверкая в темноте огненными глазами и разгоняя машину до предела. Когда огни города сменились ровными рядами фонарей, двигатель взревел, набирая обороты. Девушка кричала, подставляя лицо потокам воздуха, путаясь в своих волосах, подчиняясь бешеному биению сердца. Виски проник в плоть, размягчив мышцы, расплавив кожу и растопив кости.
Визг тормозов - и они на обочине. Девушка хохотала, держась за панель и мелко содрогаясь всем телом. Рев музыки бился во всем теле, заставляя двигаться, упиваясь своей энергией.
- Дай сигарету… - Ника удивился, но протянул пачку задыхающейся девушке.
Трясущимися руками она чиркала зажигалкой, пока ей, наконец, не удалось получить огонь и подкурить сигарету. Ника вышел из машины и, обойдя ее, встал напротив Риссы. Они почти синхронно выдохнули дым и встретились глазами. Музыка оглушала, задавая свой ритм сердцам, заставляя их учащенно биться.
