Мальчик прижался к холода камням, чувствуя как его тело покрыто синяками начинает неметь. Шероховатая грубость стены давала ему опору в темноте и холоде. Губы опухли, кровь стекала на подбородок, а глаза наполнялись слезами от невменяемой боли.
Стоило Нике открыть дверь и сесть, как Марсель, все время наблюдавший сцену приезда с другого конца улицы и вернувшийся в машину минутой ранее оборотня, неожиданно взволнованно потребовал фотографии, оставленные Рурком.
- Снимки? Где они? Я хочу посмотреть! - Черные глаза вампира теперь и вовсе походили на блюдца, с дырками в саму адскую бездну.
- Ты его видел раньше? - Ника, проигнорировавший вопрос вампира, но не пропустивший его взволнованного состояния, поспешил выяснить все сразу.
- Оказывается, видел. Где фото?
- Ну, уж точно не с собой в бумажнике принес, бледнолицый! - Ника раздраженно поморщился и завел 426-сильный Хеми своей машины.
- Долгая история, пушистик. Поехали. На месте расскажу, а заодно и фотографии посмотрим.
Глава 30 часть 1
- Дуки! Какого хрена! - Вервольф подпрыгнул в кресле, моментально пробуждаясь. Тихий, свистящий, полный злости и усталости шепот Ники, выдохнутый прямо в ухо волка бодрил по-круче любого кофе.
Танцующая птичка был необычно пуст в эту ночь, что наводило на мысли об истинной сущности его посетителей. И это было совсем не удивительно. Когда года стирают яркие краски, а холодную и мертвую кровь все сложнее заставлять кипеть страстями, становится логичным интерес пресыщенного разума к редкостям и извращениям, тем более поданным в такой красивой обертке. Подслащенное дерьмо многими принимается за изысканный шоколад, особенно если завернуть его в сверкающую фольгу.
Дуки сразу понял причину недовольства друга. А точнее, ее увидел. Буквально в пяти метрах от спящего оборотня, за соседним столом, сидела Рисса, одетая в синие джинсы и черную водолазку с высоким горлом, и мило щебетала с тремя вампирами из свиты Марселя.
Один из них, короткостриженный и темноволосый, насколько Ника помнил - Джейсон или Джексон, заметив приближение оборотня, поднял голову и, изогнув темную бровь, недобро усмехнулся, сверкнув белоснежными клыками.
