Мальчик прижался к холода камням, чувствуя как его тело покрыто синяками начинает неметь. Шероховатая грубость стены давала ему опору в темноте и холоде. Губы опухли, кровь стекала на подбородок, а глаза наполнялись слезами от невменяемой боли.
Когда же Ника встал между охотником и его добычей, то есть Риссой, то Чейз и попытался его убрать. Не вышло.
Как бы там ни было, Кисса сам попался на глаза Мастеру, напомнив о себе и явственно показав, что не только выжил, но и стал весьма солидным оборотнем. Оборотнем, чью наполненную силой кровь, так жаждал вновь ощутить на своих бледных губах Анжей.
В этой цепочке рассуждений становилась вполне понятной и та ситуация с Танцующей Тенью. Риссу они утащили для того, что бы Ника сам к ним пришел. Похищать его спящего они явно не решились.
Что произошло в хижине Ника не мог себе объяснить. Возможно Данко попросту сорвался. Марсель предупреждал что он “не цивилизован”, так что неконтролируемые вспышки гнева и жажда убийства была вполне объяснима. Стоило только взглянуть на цепных вампиров Танцующей тени и становилось понятно, что разума и сознания в черепной кробке этого “Мастера” было не больше чем у лягушки.
Ника невольно погружался в воспоминания той ночи, ставшей последней для него в качестве уличной шлюхи Денвера.
"Невольно вздрогнув от всплывшего в сознании образа, оборотень встал и пожал затекшими плечами. Плана действий у него не было. Никакого. Кроме того, чтобы отпустить все и просто позволить на время событиям идти так как они идут.
Глава 30 часть 3
Нику ощутимо подташнивало. Твердый ком, стоявший в горле и мешавший дышать был почти осязаем и вызывал желание избавится от него - вытащить, выплюнуть, вырвать.
