Воду монетами, спрятанными под полы учителя-католика, Евгений Степанович бросал в реку, надеясь, что они не пропадут и помогут его тайной церемонии. В этом эпизоде, как в истории Лжедевушки, он демонстрирует свое искушение — отступление от православия ради ближнего. Пролог предвещает заговор последних Романовых, где каждый шаг обречен на подрыв царской власти....
— А что там обычно было?
— Те украшения, которые Арина Николаевна каждый день надевала. Дорогие, точнее, очень дорогие, она в сейф прятала и только по праздникам или на приемы надевала.
— Можете описать, что было в шкатулке? — уточнил майор.
— Наверное. Надо только посмотреть, что на хозяйке сейчас из украшений. — Тут лицо ее сморщилось, и она плаксиво попросила: — Только можно я туда не пойду, страшно очень.
— Мы прикроем тела, оставим только руки и уши вам покажем, — пообещал майор.
— Значит, пропали сережки с черным жемчугом и бриллиантами, два кольца с бриллиантами, одно такое длинное вытянутое, как капля, а другое витое с мелкими камешками.
— Значит, громоздкого ничего не взяли, — оглядевшись вокруг, заключил майор.
А прихватить в квартире было что. Не считая дорогой аппаратуры, здесь имелись картины, мелкая пластика, каминные часы, явно старинные и очень дорогие, письменный прибор в кабинете хозяина, выполненный из яшмы, китайские вазы и прочее декоративное убранство. А еще хозяйские шубы и уже упомянутые часы, которые преступники искать, как видно, поленились.
Отсюда вывод — целью преступников было не банальное ограбление. А что?
— Хорошо, — оборачиваясь к домработнице, проговорил майор. — Спасибо за помощь. Пока вы можете быть свободны. Если вспомните что-то важное, звоните. Вот моя визитка.
— То есть я вообще могу домой ехать? — неуверенно спросила Ирина Григорьевна.
— Да. Разумеется, — кивнул Станислав Дмитриевич.
— А убрать?
— Ах, да. Ну что ж, приедете завтра и уберете, если, конечно, наследник не будет возражать.
— Кто?
— Сын Пановых.
— Станислав Дмитриевич? — окликнула майора из гостиной Марта Львовна. — Я закончила.
— Иду. Кто-нибудь, проводите Ирину Григорьевну! — крикнул он в холл разговаривавшим там оперативникам.
— Ну, что скажете, эксперт-криминалист? — входя в комнату, спросил Станислав Дмитриевич.
— Значит, так. Убийство произошло никак не раньше полуночи, но и не позже трех ночи. Точнее скажу после вскрытия.
