— Ты что такое говоришь-то, Всеволод Михайлович? Зачем тебе грамота?
— Признаюсь честно, хочу убедиться в том, что в ней нет ничего такого, что угрожало бы всем нам, в том числе и тебе.
— Но гонец же озвучил повеление государя.
— Вот именно, что озвучил, грамоту никому не показывая. А разве можно так? Князь Микулинский должен был забрать у него бумагу и убедиться в том, что в ней записано именно то, что и провозглашено.
— Так ведь его воевода особой дружины привел. Князь Савельев наверняка видел грамоту.
— Он-то, может, и видел, да не стал говорить о том.
— На что ты, боярин, намекаешь?
— А на то, Петр Данилович, что в грамоте той могло быть и другое.
— Что же?
— Ну, скажем, отдельная часть, не подлежащая оглашению. Вдруг в ней царь дает своим новым посланцам полномочия арестовать всех нас да отправить под стражей на Москву?
— Но за что? Мы свое дело сделали.
— А разве тебе не ведомо, как Иван Васильевич разбирается с боярами?
— Слыхал, строго.
— Вот. Посему следует тайно изъять эту грамоту у гонца и прочитать ее. Ты имеешь доступ в княжеские палаты и можешь это сделать."
"— Ты на что меня толкаешь, Всеволод Михайлович? На кражу царской грамоты? Так за это наказание может быть только одно — смерть.
— А пятьдесят рублей ты заработать не хочешь?
— Сколько? — От удивления глаза воеводы расширились.
— Пятьдесят рублей. На эти деньги можно на Москве целое подворье с теремом купить или такое село, как Дубино. Не только на Руси, но и в Ливонии, Литве, Польше.
— Ты, боярин, готов платить такую цену только за то, чтобы поглядеть грамоту?
— Жизнь, Петр Данилович, дороже любых денег. Зачем они мертвецу?
— Это верно. Но страх великий.
— Да какой страх, Петр Данилович? Гонец до того устал, что спит сейчас без задних ног. Вытащишь у него грамоту, он и не заметит. Она требуется мне на недолгое время. Нужным людям покажу, а потом верну.
— Ну, не знаю.
Воевода, в целом человек честный, верно служивший государю, находился в смятении. Да и не мудрено. Царь Иван Васильевич действительно мог наказать тверских должностных лиц за то, что они не уберегли клад и допустили гибель царской дружины в нескольких верстах от города. В грамоте и в самом деле могла быть тайная часть по этому поводу, знать которую очень даже не мешало бы.
К тому же такие деньги! На них он мог увезти семью куда угодно, обзавестись крепким хозяйством и жить безбедно. Однако риск был слишком велик.
