В мире московских улиц и домов, каждый камень может рассказать о страшной тайне. Глубокие коридоры старых зданий заворачиваются в легенду о кладбище чужих секретов, где каждое шагом ближе становится черная история за углом. Книга раскрывает дверь в тайны прошлого и предлагает почувствовать холодный ветер ночи между домами....
Небось кого-то задавила! Спросил осторожно: «Что произошло?» Всю ее речь цитировать не стану. Суть такова: водителю она выходной дала, а сейчас ей позвонила Люси Прокофьева. Она собралась дом покупать, но никак не может выбрать подходящий, попросила лучшую подругу помочь. Николетта сама за руль села, покатила в какой-то поселок, добралась спокойно. «Бентли», который я ей подарил, припарковала на площадке. Пошли они с Люси особняк смотреть, долго все разглядывали. Не понравился ни дом, ни окружение. Вышли. «Бентли» ждал там, где его кинули.
– Даже предположений нет, – признался я.
– Николетта теперь по вторникам занимается с водителем, – рассмеялся отчим. – Женька ее в автоклуб возит. Всерьез жена за дело взялась, уперлась. Прямо горжусь ею! На дорогу Никки одну никогда не выпущу, но твердость характера и четкий путь к цели оценил.
– Где маменька опыта набирается? – поинтересовался я.
– Название автошколы забыл, – смутился Володя. – Но хорошее место, дорогое. У Евгения поинтересуйся, он точно помнит.
– А с «Бентли» что? Ты машину видел?
– Нет.
– То есть ты не изучил следы столкновения? – докапывался я до истины.
– А смысл мне покореженный зад тачки рассматривать? – хмыкнул отчим. – Все на фирме сделали, сами продали, мне другой выкатили, заплатил им банковским переводом. А почему ты так этой ерундой заинтересовался?
– Да просто маменька мне посоветовала тоже «Бентли» купить, – солгал я, – и табличку с именем прикрепить.
– Давно не виделись, – вздохнул Владимир, – надо выбрать вечерок, коньячку выпить. Давай на следующей неделе? На этой у меня завал.
– Отличная идея, – согласился я. – Тоже пока занят по горло… А где маменька «Бентли» разбила?
– В Муравьево.
– Не помнишь случайно, в какой день это случилось?
– Ну… зима была, – забормотал Владимир, – холодно. Февраль, конец месяца. В феврале до двадцатых чисел в Москве сидел, потом улетел.
