Автор
Любовь к домашним животным перерастает у Луиса Крида в нечто большее, чем просто хобби — это становится жизненной идеей. В череде семейных проблем и сложного переезда кузня его сердца раскрывается во всей красе на ландшафте Ладлоу, где каждый домашний питомец имеет свою историю и голос....
Когда он укутал сына одеялом, мурашки снова побежали у него по спине, и неожиданно он подумал о «выставочном зале» дяди Карла. Там не было ни машин, ни телевизоров, со всеми этими новомодными штучками, ни посудомоечных машин со стеклянной передней стенкой, устроенной так, чтоб вы видели, как действует волшебная пена. Только гробы с поднятыми крышками, и над каждым была заботливо установлена лампа для подсветки. Брат его отца был владельцем похоронного бюро.
«Великий боже, почему ты насылаешь такие ужасы? Отгони их! Уничтожь их!»
Луис поцеловал сына и пошел послушать рассказ Элли о ее первом учебном дне.
Глава 8
В субботу, после того как закончилась первая школьная неделя Элли, до того как университетские ребятки вернулись в университетский городок, Джад Крандолл, перейдя дорогу, направился к лужайке, на которой расположилась семья Кридов. Элли слезла с велосипеда и пила из стаканчика охлажденный чай. Гадж ползал по траве, изучал жуков, может, даже съел нескольких. Он был неразборчив в выборе протеинов.
– Джад, – начал Луис, поднимаясь. – Присаживайтесь.
– Не нужно, – Джад был в джинсах и рубашке с вырезом, открывающим горло, зеленых резиновых сапогах. Он посмотрел на Элли. – Ты все еще хочешь взглянуть, куда ведет вон та дорожка, Элли?
– Да! – воскликнула она, немедленно вскакивая. Ее глаза засверкали. – Джордж Бак в школе говорил мне, что там хладбище домашних любимцев; я сказала об этом мамочке, но она велела подождать вас, потому что вы точно знаете, где оно.
– Да, я знаю, – согласился Джад.
Элли помчалась в дом.
Джад с удивлением посмотрел ей вслед."
"– Может, вы, Луис, тоже захотите прогуляться с нами?
– Да, – ответил Луис и посмотрел на Речел. – Ты хочешь пойти, дорогая?
– А как же Гадж? Я думаю, тут идти с милю.
– Я посажу его в подвеску.
Речел засмеялась.
– Ладно.., но только понесете его вы, мистер.
* * *
Они вышли через десять минут. Все, кроме Гаджа, были в резиновых сапогах.
Трава на пустыре оказалась почти по пояс и, позолоченная осенью, шуршала последними летними новостями, которые каждый год превращались в осенние сплетни. Но сегодня осени еще не чувствовалось в воздухе; сегодня солнце светило как в августе, хотя по календарю август закончился почти две недели назад.
