Друг Пасков в гости зашел! Стоит там в своих спортивных трусах, по-прежнему живой такой паренек, только слегка подгнивший. Пасков – друг! Пасков, который снова станет предупреждать: „Не ходи туда“. Как это в той детской сказочке?.. Не пей, козленочком станешь!..»
Дверь открылась. На пороге стояла темная фигура – темная даже на фоне ночи – ночи между Днем Прощания и Днем Похорон его сына. Там стоял Джад Крандолл. Его редкие белые волосы слегка растрепались.
Луис попробовал рассмеяться. Казалось, время повернуло назад. Снова наступил вечер Дня Благодарения. Скоро они возложат закоченевшее, сверхъестественно-тяжелое тело Черча в полиэтиленовый мешок и отправятся в путь. «Ах, не спрашивайте куда, просто пойдем и нанесем визит в Родные Пенаты…»
– Мне можно войти? – спросил Джад. Он вынул пачку Честерфильда из кармана рубашки и выудил из нее сигарету.
– Скажи, чего ты хочешь, – сказал Луис. – Уже поздно, а я перебрал пива…
– Чувствую, – ответил Джад и чиркнул спичкой. Ветер погасил ее. Тогда он сложил руки чашечкой и снова чиркнул спичкой. Но руки старика дрожали и робкий огонек потух. Старик взял третью спичку, приготовился зажечь ее, а потом посмотрел на Луиса, загораживающего вход. – Не могу никак прикурить, – сказал он. – Так, может, мне зайти, а, Луис?
Луис шагнул в сторону, и Джад вошел.
Глава 38
Они сидели за столом на кухне и пили пиво. «Первый раз, когда мы пьем пиво у нас на кухне», – подумал Луис, немного удивившись, когда они проходили через гостиную. Элли наверху вскрикнула во сне. Они замерли, словно «окаменев» в детской игре. Крик не повторялся.
– Ладно, – сказал Луис. – Что ты тут делаешь в четверть первого ночи накануне похорон моего сына? Ты – мой друг, Джад, но в твоих действиях есть…
Джад выпил пиво, вытер губы рукавом и посмотрел прямо на Луиса. Взгляд старика был таким твердым, уверенным, что Луис, как нашкодивший мальчишка, отвел глаза.
– Ты знаешь, почему я здесь, – спокойно сказал Джад. – Ты думал о том, о чем, Луис, думать не стоит. Хуже того, я боюсь, что для себя ты уже все решил."
"– Я ни о чем не думал, хотел уже ложиться спать, – ответил Луис. – Завтра с утра похороны.
– Я несу ответственность зато, что у тебя болит сердце; за то, что – в эту ночь ты не спишь, – мягко сказал Джад. – На мне ведь тоже лежит часть ответственности за смерть твоего сына.
Луис поднял взгляд, испугавшись.
– Что?.. Джад, ты сошел с ума!
– Ты ведь думал о том, как воскресить Гаджа, – продолжал Джад. – Не отрицай, что думал об этом, Луис.
Луис не ответил.
– Как далеко ты зашел в своих мыслях? – спросил Джад. – Можешь мне сказать? Нет? Я не могу сам ответить на этот вопрос, и я хочу оставаться в мире с самим собой, спокойно прожить остаток жизни. Я много знаю о Микмаках… То место всегда считалось святым..