Автор
Любовь к домашним животным перерастает у Луиса Крида в нечто большее, чем просто хобби — это становится жизненной идеей. В череде семейных проблем и сложного переезда кузня его сердца раскрывается во всей красе на ландшафте Ладлоу, где каждый домашний питомец имеет свою историю и голос....
Остановившись посреди асфальтовой дорожки – подьезда к дому Крандоллов, он начал пьяно раскачиваться. Собравшись с силами, он снова пошел к дому, потом прыгнул и упал. Кот лежал на дорожке в каком-нибудь футе от крыльца, едва дыша.
Луис заглянул в «Чеветту». Там он увидел то, что ему хотелось увидеть меньше всего на свете: на сиденье лежали косметичка Речел, ее шарфик и пачка использованных билетов на самолет.
Потом он повернулся и пошел к дому Крандоллов, к крыльцу. Бока Черча поднимались быстро – трепетали. Черч умирал.
Перешагнув через кота, Луис поднялся по ступенькам и вошел на веранду.
* * *
– Гадж?
На веранде было холодно. Холодно и темно. Единственное слово упало в тишине, словно камень в глубокий колодец. Тогда Луис снова позвал:
– Гадж?
Ничего. Даже часы в гостиной остановились. В это утро не было ни ветерка.
Но на полу были следы.
Луис пошел в гостиную. Там был запах сигарет, мочи и чего-то выгоревшего. Он увидел стул Джада, стоящий у окна. Стул стоял как-то косо, словно кто-то внезапно вскочил с него, а потом не пододвинул назад.
«Джад сидел тут на вахте. Чего же он высматривал? Конечно, меня высматривал – когда я вернусь домой. Только он пропустил меня. Как-то прозевал».
Луис посмотрел на четыре банки из-под пива, выстроенные на ближайшей полке. Нет, от этого старик не заснул бы, а может, он в туалет вышел? Однако очень странно, что эти события случайно совпали, ведь так?
Грязные следы шли мимо стула у окна.
С дрожью в сердце Луис отправился по этим следам."
"Толкнув дверь на кухню, Луис увидел вывернутые ноги Джада, его старые тапочки, потом клетчатую фланелевую рубашку. Старик вытянулся в большой луже крови.
Луис закрыл лицо руками. Но все было очевидно: Луис увидел глаза Джада, открытые, обвиняюще смотрящие на Луиса, а может, старик обвинял сам себя за то, что запустил всю эту карусель?
«Неужели это сделал Гадж? – удивился Луис.
Джаду о том месте рассказал Станни Б., а Станни Б. рассказал о нем его отец, а отцу Станни Б. его отец – последний траппер, француз из северной страны, приехавший сюда еще в дни Франклина Пайерса…
– Джад, извини, – прошептал Луис. Пустые глаза старика воззрились на Луиса.
