Прошло несколько минут, и все необходимые параметры претерпели соответствующие изменения. Некоторые обнулились, некоторые, наоборот, заполнились теми или иными значениями. В результате, матрица приобрела новый вид.
М-да. И кто, интересно, все эти взаимодействия изучал? Ведь их неимоверное множество. Одну и ту же реакцию можно получить сотней, если не тысячей, способов. Но, тем не менее, кто-то все это исследовал, и я теперь могу пользоваться уже готовыми рецептами.
Для ритуалистики было правильнее использовать именно подобный термин. Это не реакция, это именно рецепт ее составления. А реакция уже отработает самостоятельно, после активации ритуала.
– Все, – сказал я, обращаясь к Гаагу, – теперь ты мой слуга. – И посмотрев на все еще еле держащегося на ногах тарка, поднял его и засунул к себе в рюкзак. – Так будет быстрее. Сиди тихо, не высовывайся пока. Потом решим, как быть с тобой дальше."
"После чего я еще раз огляделся, понял, что тут мне делать больше нечего, и побежал нагонять наш отряд. Я и так задержался тут с этим ритуалом. А еще я так и не поговорил с вампирами и орками о раакшасах, которых встретил в нашем лагере. Если они как-то связаны с карлонгами, то это необходимо выяснить. Только вот, сдается мне, что если это и они, то действуют тут примерно так же, как и в Содружестве. А значит, выйти на них можно лишь через этих их слуг.
Но мы разберемся с этим. А пока вперед. И я припустил между деревьями, двигаясь по тропе, вслед за ушедшим вперед отрядом.
* * *Гааг не понимал, как он остался жив, но почему-то он своему новому хозяину верил гораздо больше, чем тем, кто его когда-то создал. Он не знал, кем они являлись на самом деле, но понимал одно: они никогда не щадили тех, кто провинился перед ними или попадал к ним в руки. И уж он точно знал, что они никогда не оставляли в живых своих врагов. И одно это уже отличало их от того, кого он встретил.
А потому сейчас он молча лежал в странной сумке этого непонятного… кто он такой, тарк так и не смог определить, он не знал такой расы среди людей… и ожидал того, что же с ним произойдёт дальше.
Он не знал, как называется это чувство, которое сейчас проснулось внутри него, но сразу поверил своему новому хозяину и был благодарен ему за тот второй шанс, что тот ему предоставил, хоть и на таких смертельно опасных условиях.
Неожиданно он встрепенулся. Гааг вспомнил то слово, которое могло обозначить его отношение к новому хозяину. Это именно то, чего от них так и не смогли добиться старые. И называли они это словом «преданность».
Неизвестная планета.
Леса на северной оконечности континента.
Что-то около полутора часов спустя
– Так ты говоришь, что там были змеелицые? – уже в который раз переспросил у меня главный из орков.