Автор
В темном зале кромешной ночи Рэм ощущает прикосновение холодного дыхания огромной ящерицы. Его кожа раскалывается от жжения, когда она соскальзывает с шеи, и кровь стекает по его телу. Перед глазами мелькают последние свидетельства ужаса — царапины, бинты, шипение в темноте, которое отгоняет кошмары. Клан Пепельного Шторма — вот где искать спасение......
Юноша направился в ту сторону. Сначала ему нужно было выбить еще два медальона.
К тому моменту, как Рэм вывернул из-за холма, вспышки почти прекратились. Похоже, исход боя решен. Юноша взобрался на вершину одного из холмов и увидел внизу выжженную плешь. Земля дымилась. Посреди пустоши в полубессознательном состоянии лежал рослый светловолосый юноша. На его фоне Кан казался задохликом. Но именно он стоял на ногах и сжимал зеленый медальон. Рэм не успел удивиться, когда юноша вскинул голову. Их взгляды встретились. В воздухе разлилось напряжение.
Кан пошатнулся и повернулся к новому противнику. В его взгляде проскользнула обреченность. Его магия тоже на исходе. С водной точкой силы побить слабую огненную будет просто. Кажется, Кан тоже понимал это. Он спрятал медальон за пазуху и посмотрел на Рэма уже с вызовом. Но тот медленно покачал головой и сказал:
— За мной долг. Я не буду отбирать твою добычу, но и свой медальон не отдам. Разойдемся с миром?
Ответом ему был подозрительный взгляд. С минуту Кан молчал, а затем медленно кивнул.
— Почему ты помог мне? Я изгой, и не могу принести твоему клану пользу.
Кан дернул уголком рта и ответил:
— Не могу видеть, как нападают из-за спины. Дед учил меня, что в этом нет чести. А польза… Мне достаточно того, что сейчас мы не будем сражаться.
После этого юноша развернулся и ушел. Рэм спустился с холма и направился в другую сторону, забирая к югу. Небо все больше светлело. Сначала он вертел головой, выискивая вспышки магии тех, кто недавно покинул город, как и он.
Отбежав на достаточное расстояние, Рэм сверился с компасом и стал забирать к северу. Начали попадаться небольшие рощицы. Он заметил яростную битву за одной из них, добежал до деревьев и стал осторожно пробираться между ними.
Вспышки магии и не думали становиться слабее.
Рубашки на юноше просто не было. Его левая рука оказалась плотно примотанной к телу. “Похоже, сломана,” — отметил Рэм. На лбу юноши была болезненная испарина, на щеках горел лихорадочный румянец, а блеск серых глаз был нездоровым. Он не выглядел сильным или способным дать достойный отпор. А из здоровой руки незнакомца — о, чудо! — свисали сразу два зеленых медальона.
