Повесть о жизни подростков в классе коррекции, которых общество считает отбросами. Автор честно показывает их внутренний мир, боль и надежды. Это история о том, как учитель помогает ребятам найти в себе силы и достоинство, несмотря на все преграды.
Раздел Chitat.online для книги «Класс коррекции» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Повесть о жизни подростков в классе коррекции, которых общество считает отбросами. Автор честно показывает их внутренний мир, боль и надежды. Это история о том, как учитель помогает ребятам найти в себе силы и достоинство, несмотря на все преграды.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Екатерина Вадимовна Мурашова Детские книги Детская проза подборки серии
Повесть о жизни подростков в классе коррекции, которых общество считает отбросами. Автор честно показывает их внутренний мир, боль и надежды. Это история о том, как учитель помогает ребятам найти в себе силы и достоинство, несмотря на все преграды.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Черные контуры скал казались бархатными. Мимо наших лиц пролетела летучая мышь.
— Чувствуете, как звезды пахнут? — спросила Стеша. Мы промолчали, отдыхая.
Ниже нас, за поворотом тропы, послышался стук осыпающихся камней.
— Кажется, за нами идут, — прислушалась Стеша. — Мы сможем?
— Меня здесь не надо. Я всегда смогу, — сказал я и протянул им руки. Узкая ладошка Стеши и забинтованная рука Мишани потянулись мне навстречу.
— Ты здесь принял решение, — сказала Стеша. И все исчезло.
До дверей милиции нас провожала небольшая толпа. В целом я их понимал. Одна Стеша, в своих панталонах и накинутых поверх бального платья двух куртках, дорогого стоила. Кроме, того, мы везли в инвалидной коляске подпрыгивающего и кривляющегося Вадика, а сзади темной тенью крался Шакал Табаки. Моя распухшая рожа и забинтованные кружевами руки у нас с Мишаней тоже привлекали внимание. К тому же на осторожный вопрос: «Вы куда идете, ребята?» мы отвечали истинную правду: «В милицию, своих выручать!»
Уже на подходе к милиции Мишаня тронул меня за плечо:
— Ты знаешь, Антон, сейчас темно, я могу ошибаться, но…
— Что еще? — вздохнул я. Если честно, то после бега по стенам мои силы были на исходе.
— Мне кажется, что я нормально вижу и слышу. Подержи, пожалуйста, аппарат и очки. И скажи что-нибудь, только негромко, как нормальные люди между собой разговаривают…
— Держу. Господи, как же вы мне все надоели…
— Спасибо, Антон! Слышу! Я — слышу! Но почему?!
— Обратная трансформация вторично искривленного пространства, — вяло ответил я.
Я правда очень хотел порадоваться за Мишаню, но уже ничего как следует не мог — ни обрадоваться, ни разозлиться.
Глава 27
Мы все стояли под его окнами. Все, весь седьмой «Е» класс. Все девятнадцать человек. Двадцатой была Милка, спавшая у Витьки в «кенгурушнике».
Мы пошли наверх втроем, но Юркина мама сама вышла к нам ко всем вниз. Она была в тапочках и вязаной кофте и пыталась улыбаться, но морщинки не бегали веселыми лучиками. Они прятались под глазами, как испуганные мышки."
"— Спасибо вам, ребята, что вы все пришли. Юра недолго учился с вами, но он вас всех полюбил. Всех. Он так много хорошего рассказывал о каждом из вас…
Ленка всхлипнула, а Пашка зарычал и впился зубами в свой огромный кулак. Бедный Зорька! Пожалуй, Юрка был, да и останется в его жизни единственным, кто рассказывал о Пашке много хорошего…
— Вы не должны винить себя за тот вечер. Юра был очень болен с рождения. Рано или поздно это должно было произойти, нам все об этом говорили, но мы… — Юрина мать замолчала, справилась с собой и заговорила вновь. — Мы все равно надеялись… что он еще немного побудет с нами.
Она задохнулась. Стеша стиснула руку Мишани и качнулась вперед. Из подъезда вышел Юркин отец и обнял жену за плечи.
