В кабинете неожиданно зазвенел громкий телефонный звонок. Тихий учительница Клара с шоком окинула взглядом свою непослушную толпу детей, готовых уже лететь в междоусобные бои. Но вот она вдруг произнесла: "Сегодня я хочу обсудить с вами понятие 'милосердие' — слово, которое не так уж часто можно услышать из уст педагога."...
— Мне не лежать, мне бежать надо. Где другие, с которыми я…
— Один убег сразу, — охотно откликнулась рыжеволосая трактирщица. — Мы и разглядеть-то его не успели. На вас указал и убег. Вы-то валялись, как мертвые. Но ты-то вроде ничего, оклемался…
— А Юрка?
— Юркой его звать, да? Тот-то совсем синий был. И не дышал. Лекарь наш сейчас его там отхаживает. Уж и не знаю…
— Ладно, — Юрке я сейчас все равно ничем помочь не могу. Пусть лекарь пытается, специалист все-таки. — Как к замку короткой дорогой пройти?
— Тебе сейчас только к замку, — встряхнув волосами (солнечные зайчики забегали по боку скатерти), рассмеялась девушка.
— Мне действительно надо, — серьезно сказал я и, преодолевая чуть ослабшее сопротивление, сел. Огляделся по сторонам. — А вы уже все… восстановили, да? Или ничего и не было? — я словно наяву увидел меч, воткнутый вот в этот самый стол.
— Отчего же не было? — девушка откинула скатерть и показала расщепленную доску. — Когда у дороги живешь, ко всякому надо быть готовым.
— Там, — я махнул рукой в сторону окна. — В другом мире. Надо быстрей, иначе не успеем.
— Ну что ж, — девушка вздохнула. — Как знаешь. Может, поешь все же?
Я вздохнул еще тяжелее ее, но отрицательно помотал головой.
— Вы уж за Юркой там… — попросил я.
— Не беспокойся, — ответила девушка. — Все, что можно, сделаем…
Потом она помогла мне забраться на лошадь и объяснила короткую дорогу к замку через лес.
— А как же? — удивленно крикнула она мне вслед. — Он же твой…
— Пускай у вас лежит, — ответил я. — Мне без надобности…
Глава 25
— Они объяснили мне! — Сергей Анатольевич старался кричать изо всех сил, но только приглушенно сипел в трубку — Елизавета Петровна! У них было достаточно аргументов, чтобы хотя бы проверить то, что говорили дети.
"— Бросьте, Сергей Анатольевич! Вы слишком увлеклись этим… народничеством — и теперь не можете отличить зерна от плевел. Насчет Кондратьева — все ерунда! Артем — гордость школы, учится хорошо вовсе не потому, что его отец — наш главный спонсор и всегда готов отстаивать интересы гимназии на любом уровне. Нет — он учится потому, что хочет и может учиться.
