Оставшись без работы после критической практики в СМИ, героиня решает восстановить свою репутацию путем съемок дешевых радиоигр, где она оправдывает свое журналистское прошлое. Однако ее новые занятия не могут скрыть глубокую убежденность в том, что стать настоящим репортером — мечта лишь детства. С каждым новым проектом героиня все больше отдаляется от своих прежних иллюзий, открывая дверь к тайным сторонам журналистики....
– А ты что в полотенце? – я заметила, что волосы у него были влажными. – Ты помылся уже?
Стало обидно, я б с удовольствием поддержала его.
– Ну, я просто ополоснулся, хотел с тобой, но тебя отвлекла сумасшедшая подруга! – он снова улыбнулся. – Иди, залезь под горячую воду, а то по улице бегала в шортах. А я пока все приготовлю.
Я с радостью выполнила это поручение. Постояла под струями горячей воды буквально минуты три. Укуталась в темно-синее полотенце и вышла из ванной. Данил сидел за столом, откинувшись на спинку кухонного диванчика.
– Спички? – спросила я.
– Возьми зажигалку в моей дубленке… – сказал, усмехаясь, Данил.
Уже через минуту он зажег свечу, а я выключила свет.
– Пойдем ко мне? – позвал он, указывая на место рядом.
-М-м-м-м, – я отрицательно помотала головой, – хочу тебя видеть…
– Ладно, – он улыбнулся, – давай выпьем вина…
Я подняла бокал, мы чокнулись.
– А за что пьем? – спросила я. Но он уже пил. И мне осталось только последовать его примеру. Потом Данил отставил в сторону бокал, взял сыр, забросил его в рот и сказал:
– Спрашивай.
– Что спрашивать? – удивилась я.
– Что хочешь. Ты же хочешь что-то спросить? Пыталась уже, когда мы ехали в офис.
– А… да… Скажи… как ты с Лерой, ну, как вы… поговорили?
– Нормально. У нас все закончилось.
Я чуть не хмыкнула. Ну-ну. И как часто у тебя все заканчивается? Уж думала, что продолжения не услышу, но он сказал:
– Я не буду оправдываться, отчитываться, говорить, что я хороший, а она плохая. Или наоборот… просто… ты знаешь, что у нее есть… гражданский муж? Они вместе живут уже пять лет вроде бы…
– Не-е-е-ет!!! – у меня глаза просто из орбит полезли.
– Есть. Он даже ко мне разбираться приезжал, жалко его было, чуть не плакал, любит ее. А я, ну, по его словам, я не первый к кому он ездит на разборки. И я ему склонен верить. Ты хочешь знать, насколько серьезно у нас все было…
Я молчала. Ибо сказать, что да, очень интересно, язык не поворачивался. А интересно было до ужаса.
