Автор
Классная дама в СИ жанре предлагает захватывающий сюжет о женщине, чей самообладок внушает уважение и страх одновременно. Начинается история с напряженной встречи на рабочем месте, где она должна выдержать пристальный взгляд непримиримого шефа. Однако реальность оказывается куда более сложной и драматичной, чем ожидания....
— Жалкое ничтожество! Лжец! Подлец! Проходимец! Каналья!
Полковник держался за косяк, был не до конца одет, но с початой бутылкой — лакей стоял насмерть, пришлось идти самому. Меня в столовой не оказалось, Ветлицкий пустился на поиски, и я прикидывала, в какую сторону кинуться, если бутылка полетит прямиком в меня.
— Кто вам дал право… — совершенно трезво заорал опомнившийся Ветлицкий и попробовал сделать шаг, но пошатнулся и едва ли не сполз по косяку. Бутылку он не выпустил, я отмела риск нападения как ничтожно малый, размахнулась, и письма полетели ему в лицо.
— Мерзавец! — щеки мои вспыхнули, и вовсе не от того, что было стыдно. Я подскочила к обалдевшему Ветлицкому и с размаху влепила ему пощечину. Стой, козочка, я не буквально имела в виду! — Фальшивое сиятельство! Мошенник! Голодранец!
У Софьи благодаря любовным романам был обширный словарный запас, и изводить полковника она могла долго. Пора было сматываться, я проскользнула мимо Ветлицкого, выскочила в коридор и почему-то свернула к столовой.
— Козочка, выход там! — закричала я, сражаясь сама с собой и не понимая, какого черта меня туда понесло. Из столовой с ящиком вина показался лакей — воспользовавшись руганью, он спасал положение, пряча от буйного господина выпивку.
— Две тысячи целковых за платье? — взвизгнула я ему в лицо, но у лакея обнаружилась непревзойденная реакция. Несмотря на ношу, он ловко скакнул в столовую и захлопнул дверь перед моим носом. — Вы нищий! Ваша жена давно урезала вам содержание! И не смейте меня останавливать, вы, бесстыжий лгун! Дрянь, альфонс! — вопила я в закрытую дверь, опасаясь обернуться назад, но все же себя пересилила: Ветлицкий стоял в дверях кабинета, держался за косяк, смотрел на бутылку и молчал.
Последнее я добавила уже от себя, зато от души. Дверь приоткрылась, моя курточка вылетела и упала к моим ногам, и столовая снова стала неприступной как сезам. Вероятно, лакей решил там пересидеть напасть, и я могла ему лишь посочувствовать.
Я хлопнула входной дверью. Мы с тобой молодцы, козочка, ты молодец, где та робкая Софья, которая шарахалась от нищенок и испуганно вздрагивала, когда ее намеревались определить на содержание к какому-то Титу.
— Да лучше к Титу, — проворчала уязвленная Софья. — Он хотя бы богат.
Я досадовала. Множество вопросов остались навсегда без ответа, но я при любом раскладе не поставлю на кон, что узнала бы, например, как к Ветлицкому попало письмо.
