Автор
В уютном доме, где стены покрыты семейными фотографиями и альбомами, происходят странные и опасные события. Ночью в окнах вспыхивают разные цвета, а на пороге появляются непонятные существа — люди в разных лошадиных шкурах, которые не спешат сказки о чудесах. Через несколько дней после тихого прибытия нового поезда из Мотылина, все начинает понимать: здесь царит другая реальность и жизнь уже совсем не теория для подростков....
– С каждым замужеством она делается богаче…
– Если отдадим товар по двадцать, то ничего не получим…
– А он мне и говорит: «Да ты лохушка…»
– Не ешь, семга отвратная…
– Ника сразу полетит в Париж…
Как всегда, люди обсуждали хозяев мероприятия и пытались попутно заниматься своими делами.
– Дашунечка, – окликнул меня знакомый голос, и я увидела Веру.
Подруга выглядела замечательно. На секунду я даже заподозрила, что она проделала со своим лицом некие манипуляции, настолько свежей – практически без морщин – выглядела ее кожа.
– Очень красивое платье, – заулыбалась Вера, – тебе идет красный цвет.
Я не осталась в долгу:
– Шикарно смотришься, больше двадцати пяти не дать.
– А я и не возьму! – воскликнула Вера.
– Ты с Андреем? – поинтересовалась я.
– Нет, – сообщила подруга, – только с Иришкой. Андрюша улетел на Кипр, его постоянного клиента скрючило. Московская недвижимость расползлась по загранице.
Я не удержалась от смешка. У Андрея много постоянных больных, к которым он безропотно выезжает или вылетает в любое время суток.
– Срочно прикатывай, а то недвижимость превратится в бочку с цементом.
Один внешний вид Савельева внушает доверие и вызывает улыбку. Андрюша похож на счастливого кота, надевшего ради прикола очки. Появляясь, он довольно потирает руки и сообщает:
– Утренний ужас явился. – И, начиная массаж, самозабвенно болтает о всякой ерунде: пробки на дорогах, зловредные гаишники, погода, проделки его собаки по имени Пан, телепередачи. По первому впечатлению Андрюшу можно принять за наивного человека, который просто не способен держать рот на замке.
– Ужасно! Я не выдержу.
