все равно, что золотой свет единения, только наоборот. Нас связала ненависть, и именно в тот момент ты и попробовал моей крови... Теперь это необратимо. Я не хочу сказать, что ты стал мне сыном, ты не примешь это, но и чужим ты перестал мне быть... Я много творил зла в этой жизни, но единственное, о чем сожалею – это то, как я поступил с тобой. А ты... Ты подарил мне семь лет. Время, когда впервые за всю свою долгую жизнь я смог обдумать все свои поступки, а не совершать, ослеплённый горем и ненавистью, новые... Вспомнить всё и переосмыслить... И знаешь... Горько... слишком горько осознавать, что столько времени прожил зря... Хотя... Никто и никогда не ждал от меня ничего хорошего. Столько времени... Я помню Тьму еще юной девочкой... Я был ее первым созданием. Она тогда была порывистая, нетерпеливая, чересчур гордая, чтобы слушать сестру... В меня она вложила слишком много сил, желаний, стремлений. Экспериментировала... хотела переплюнуть Луану с ее эльфами... А потом она во мне разочаровалась, бросила и, начав все сначала, сотворила нираахов, подражая сестре, но та ее высмеяла... И тогда Тьма вновь вспомнила про чиэрри, но в них она уже не вкладывала столько сил... Они лишь моя копия... но другая - более простая, без амбиций и гордости перворожденных, без непомерного чувства превосходства над другими... и невыносимого одиночества... с самого рождения... Они другие... чиэрри... совсем... А я один... такой...
- И ты всегда один?
- Однажды я открыл свое сердце... чтобы лишиться его совсем...
Как не закрывал Сайшес свою душу, но все равно в нее проникали отголоски тоски и безысходности, отчаяния и безумного одиночества. Такое Сай чувствовал только у Ольгерда в тот, первый, день, когда пришел знакомиться... Но тогда он был открыт...
- Я обещаю тебе, Витан, что разузнаю все о судьбе твоего сына, и не успокоюсь, пока не найду его... живого... или пока не найду его останки.
Витан через силу улыбнулся.
- Вряд ли он живой. Если найдутся останки... привези их мне... Я перезахороню в замке. Там оранжерея... Арт обещал, что я смогу в ней бывать...
- А сколько ему было бы сейчас лет?
- Триста двадцать шесть лет, четыре месяца и восемь дней...
- Ладно... Пойду я...
- Я чувствую, что ты простил меня, но я не понимаю, почему... – тихо сказал Витан.
- Наверное, потому, что сам узнал, что такое сходить с ума, боясь потерять любимого... Я бы этого не выдержал, а ты смог... Ладно... Я пойду...
- Подожди... Что ж ты торопливый-то такой... – проворчал Витан. – Я тут просматривал таблицы звезд... – чиэрри невесело усмехнулся. – Зная, как ты относишься к Герриону, я построил гороскоп их рода... Время проклятия пришло, и оно скоро будет исполнено... – Витан тяжело вздохнул. - Потерявший сердце, потерявший душу - и между ними смерть... Иного не дано. Даже я не в силах все вернуть назад.