Со злостью вспомнил, что сам сегодня не обедал, что это он должен был сегодня обедать вместе с ней, что все эти дни она безраздельно принадлежала ему, и создавалось полное ощущение, что это неизменно, потому что она не сможет отказать, не сможет устоять, не имела права выбирать никого другого даже для какого-то невинного перекуса. «Сука», — прошипел сквозь зубы. Впрочем, не слишком злобно, скорее даже восхищенно. Нет, эта маленькая невинная неженка реально постепенно превращалась в волнующую, шикарную, знающую себе цену сучку, которая почти уже научилась крутить хвостом, манипулировать и давать отпор, четко давая понять, что возврата назад не будет, если ей этого не захочется. А вот захочется ли ей, это она еще подумает, когда протащит тебя через все муки ада и достаточно наиграется с твоим сердцем. Лука в общем-то не сильно переживал за свое сердце, а вот иные желания, порочные и темные, изводили его вовсе не по-детски. Может быть, его бы и правда заводил сам факт иметь такую строптивую любовницу, при этом держа ее на коротком поводке и не руша привычные устоявшиеся семейные узы. Только вот с Кристиной этот номер не прошел бы никогда. Она была достаточно порочной, чтобы отдаваться ему всецело и без остатка, но лишь при условии, что и он будет принадлежать лишь ей.
Следя за этой парочкой, переставил автомобиль ближе ко входу в кофейню. Желание зайти и устроить ей очередные разборки как своей собственности, с чего-то вдруг решившей выйти из-под контроля, было практически невыносимым. С другой стороны, вдруг включилось задетое самолюбие. Какого хера он вообще тут делал?.. Вел себя, словно влюбленный школьник, хотя кроме ревности, неудовлетворенного желания и ущемленной гордыни в данный момент ничего не чувствовал. Плюнув, наконец, на все, вывернул с парковки и вдавил в пол газ. Хотя бы на дублере можно было дать волю гневу, потому что при съезде на основную дорогу, пробки вновь загнали в капкан.
На полпути в офис позвонила Елена. Лука тяжело вздохнул, но все же включил громкую связь, помня про обследования дочери.
— П-привет… Можешь говорить? — Ее срывающийся испуганный голос сразу вырвал из череды собственных зацикленных мыслей.
— Да. Как там у вас дела?
— Мы только что сделали эхокардиографию и ЭКГ, — продолжила она так же затравленно. — Врач говорит, что у нее выраженный пролапс митрального клапана и что при такой степени рекомендуется консультация кардиохирурга и, скорее всего, операция.
— Что ты такое говоришь? — Лука нахмурился. Во рту тут же пересохло. — Может быть, они ошиблись?
— Н-нет… не думаю… Он говорит, что из-за этого она могла чувствовать слабость и упасть в обморок… Сердце не выдерживает больших нагрузок.