Ей сделали успокоительный укол, она тоже измоталась. Завтра постарайся ее отвлечь, ладно? Мне нужно будет на этой неделе уладить кое-какие вопросы по работе, чтобы можно было спокойно улететь, так что я только по вечерам смогу навещать вас в больнице. А ты должна быть сильной ради нее…
— Знаю, но иногда мне кажется, я не смогу…
— Я буду рядом… Звони в любое время, когда захочешь поговорить.
— Ты всегда занят… — вновь поникнув, произнесла она, мрачнея и тут же будто отдаляясь.
— Прости, — тут же мягко откликнулся он на упрек. — Я… видимо, не достаточно ценил то, что имел. Пойдем спать. Завтра рано вставать.
Лука погладил жену по спине, вновь целуя в висок, и развернул в сторону спальни. Пока она переодевалась в шелковый халатик, чтобы отправиться в душ, он, не раздеваясь, улегся на нерасстеленную постель и рассеянно за ней наблюдал, пытаясь разобраться в собственных чувствах и ощущениях. Ведь любил он ее когда-то? Выбрал почему-то именно ее? Она его впечатлила своей строгостью, аккуратностью, сдержанностью и тихой нежной красотой поздней осени, когда краски становятся уже не такими яркими и обжигающими, но преобладают выверенные и строгие цветовые гаммы, прохладная свежесть и торжественная элегантность тонких линий. Даже когда она переодевалась, все ее движения казались до миллиметра выверенными, будто кто-то с детства обучал ее всем этим бытовым ритуалам, чтобы они услаждали взгляд уставшего от трудов мужчины. Она была хорошей ласковой матерью и в общем-то надежной подругой по жизни, на которую можно было положиться во всяких утомляющих мелочах и которые так хорошо давались женщинам, способным все организовать, создать уют, окружить тебя заботой и ненавязчивым комфортом.
Елена удалилась в ванную, а он взял телефон и тоскливо пролистал короткую переписку с Кристиной. Затем открыл браузер и принялся по десятому кругу читать про диагноз дочери, про долгосрочные последствия и перспективы, про последние научные изыскания на эту тему и жизнь после. В груди тупо ныло, по коже проходился озноб. Провел рукой по лицу и отложил телефон в сторону. Откинувшись на подушку, прикрыл рукой глаза, чтобы не мешал свет от ночника, и сам не заметил, как задремал. Проснулся от нежных прикосновений к груди. Кое-как открыл слипающиеся глаза, в первый момент ничего не соображая, и только заметил тонкие женские пальчики, расстегивающие на нем рубашку. В предвкушении и сладком полусне позволил им обнажить его грудь и пройтись по коже от шеи до самого паха, по дороге задевая соски. Член поднялся навстречу этой ласке, тем более что перед внутренним взором так и плыло лицо Кристины, лукаво и счастливо улыбающейся, коварно затягивающей в путы своего обольщения, юной и прекрасной.