— Тогда ты должна знать, что ничего не было, — с ледяной выдержкой прокомментировал ее выпад Лука. — И мне не семнадцать лет, чтобы я приводил девушку порезвиться в родительской спальне.
— Даже не сомневаюсь, что ты нашел для этого места получше. Потому что видео с вашими трогательными недвусмысленными объятьями я имела счастье наблюдать лично. Думаю, Леночка…
Вот тут терпение его лопнуло.
— Оставь Лену в покое, — прорычал предупреждающе. — Если только посмеешь что-то ей наплести…
— Ну что ты! Разве я посмею разрушить любящую счастливую семью! — язвительно заверила она, но тут же сменила интонацию на жесткую и откровенно злую. — Я просто напишу заявление на эту воровку, которая рылась в моем доме в моих вещах, если ты продолжишь совать свой нос в мои дела с этой самовлюбленной фитюлькой! Это справедливая и выгодная сделка, признай! Если ты, конечно, совсем голову не потерял, во что я едва ли поверю. Ты всегда был умным мальчиком.
После некоторого неопределенного молчания в трубке Лариса почувствовала наконец свою полную власть и победу.
— Что ж, это правильный выбор, сынок, — с по-истине материнским великодушием похвалила она. — Надеюсь, мы и впредь сможем находить общий язык.
Лука не стал ни в чем ее переубеждать, просто сбросил звонок и убрал мобильный в карман. На пару минут он задержался на балконе, докуривая сигарету и вглядываясь в очертания серой холодной улицы внизу и в проносящиеся автомобили. На ледяном ветру определенно думалось легче, и мозги продувало прекрасно. Не то чтобы ему сильно нравилось то, на что он собирался пойти, но поступить по-другому он уже просто не мог.
За полтора часа он уладил все вопросы, которые требовали его личного участия, а затем запер кабинет, спустился в гараж, сел за руль и направился в банк. Взяв наличные, нашел интернет-сайт юридической конторы, в которой накануне побывала Кристина, раскрыл раздел специалистов по наследственным делам и без труда отыскал там того самого молодого коня, который увивался за своей сногсшибательной клиенткой. Набрав номер, записался на консультацию, и через час езды по пробкам уже сидел в просторном кабинете, с пафосом обставленном тяжеловесной кожаной мебелью, с солидным инкрустированным столом для переговоров в центре человек эдак на двадцать и со здоровенной золотой статуей Фемиды на комоде под огромной плазменной телевизионной панелью. Секретарь на ресепшен предложила кофе, и он не отказался. Пока неторопливо потягивал крепкий напиток, курил и ждал консультанта, обдумывал последние детали.