Автор
В мирном душевном уюте Денис внезапно находит невероятную реальность: девственное сияние Нелли, окутывающее его жизнью и чувствами. Он молод, но всё встало под сомнение - красота может быть угрозой. Дорога к себе, мир, окружающие люди изменились, когда он столкнулся со страданиями, которые даже не дремлющие глаза могли бы преодолеть....
Эта высокомерная красивая сучка не считает персонал за людей. Выпороть мне хочется именно ее.
Но эта работа стоит того. Несколько месяцев – и меня сменит другой охранник. Такова схема. Объект не охраняет один и тот же человек постоянно, чтобы никто не смог перекупить или просчитать охрану. Мне будет достаточно этого срока, чтобы заработать на свадьбу мечты для невесты.
— Прости нас за эту сцену, — без сожаления произносит Литвин, поднимается с места и идет к бару. — Нелли немного не в себе.
— Я не имею права давать оценки частной жизни.
— И хранить конфиденциальность. Ты подписал договор? — выгибает бровь, наливая себе виски.
— Да, конечно. Ничего не уйдет за стены дома.
А я пытаюсь прикинуть, сколько ему лет. На вид – больше сорока. Супруге – не больше тридцати. Ощутимая разница.
— Я очень надеюсь, Денис, — отпивает виски. — Мне хочется доверять тебе, как и любому другому человеку, работающему на меня. Я щедро оплачиваю чужой труд, но и также щедро наказываю, — усмехается, словно сказал шутку.
Но это не шутка.
Литвин имеет славу самого жёсткого человека. Вежливые угрозы всегда страшнее агрессивных. Верные ему люди работают здесь годами. Мне нестрашно нарушать правила, потому что я не собираюсь этого делать. Чётко знаю свои задачи. И прекрасно понимаю, что никто не хочет, чтобы выносили их грязное белье наружу. Поэтому даже Анюта до конца не знает, где и на кого я работаю. Целее будем.
— Твои профессиональные навыки мы обсуждать не будем, я доверяю выбору Довлатова.
И тут я понимаю, что отказаться от «дополнительных обязанностей» права у меня нет. Либо я соглашусь, либо уйду за пределы этого дома искать другую работу. Напрягаюсь. Довлатов об этом не предупреждал. Ввязываться во что-то противозаконное я не хочу. Уж слишком ценю свободу.
— Нелли, она.
В недоумении поднимаю брови. Я полагал, что такие психологические расстройства принято скрывать, ну уж точно не выдавать мне.
