Автор
В мире подозрительных соседей и строгой бабушке, Денис Царев выбирает крестьянскую жизнь в заброшенном поселке. Здесь каждое действие имеет буквальный смысл: полное дерьмо или лопатой махать до ужина. В этой деревне сюрреалистичная реальность ожидает тебя на каждом шагу, где обычный день может стать шокирующей метафорой жизни....
Кирилл трясется от страха не без причины, и сейчас ему ничего не мешает сдать ту диктофонную запись в полицейский участок. Но по какой-то причине это уже не вгоняет в панику так, как раньше.
– Поэтому ты решил уехать?
Кивок.
– Мне еще совсем хреново стало, когда Толик вчера начал толкать что-то про то, что жалеет, что свел нас…
– Свел? – Мурат аж приподнимается на локтях.
– Ну не свел, а как-то по-другому сказал, не помню. Я тогда расстроился очень.
– Не думал, что ты там будешь, если честно. – Мурат рассчитывал прийти к Славе и помириться с ним без лишних мыслей.
– Аналогично.
Они решают немного помолчать.
Вокруг совсем светло. Птицы рассветно щебечут на ветках, жужжит шмель, стукаясь о стекло пушистым тельцем. Тюль тонкий, как молочная пенка, волнится еще не нагретым ветром. Денис без стеснения рассматривает лицо Мурата, играючи сплетает и разъединяет их пальцы. Есть в этом что-то успокаивающее.
– Как ты? Тебе что-то снилось?
Денис отвечает одними губами:
– Да.
От боли он сжимает рот в полоску и ложится ближе, так, что их лбы соприкоснулись. Когда он прикрывает веки, Мурат прикрывает свои.
– Расскажи. – То не голос. Нежный, как вуаль, выдох.
– Мне часто снится, как меня топят чьи-то руки. И это так взаправду… так по-настоящему. Я вчера думал, что умру.
– Ты воды из-за этого боишься?
Отрицательное мычание.
– Я даже Юрке об этом не рассказывал.
Мурат чувствует всю тяжесть ответственности, возложенную этими словами. Денис доверяет ему, «бесчувственному мудаку», несмотря ни на что.
– Когда мне было семь, дедушкина собака ощенилась. Хорошая была, никогда меня не кусала. – Он улыбается, и его вздох горячей струей обжигает Мурату губы. – Щенушки совсем еще новорожденные были, слепые и прилизанные… Я помню, как мы отдыхали на речке: родители, бабушка, дядя, я… дедушки все не было, и бабушка ворчала на него.
Тут он замолкает и в сомнении морщит подбородок.
– Зря я, наверно, начал… Сейчас уже понимаю, что это бред полный. Я был слишком впечатлительным ребенком.
"– Я тоже. – Мурат двигается к нему, разъединяет их ладони, чтоб легонько притянуть к себе. – Когда мне было примерно столько же, сколько тебе, меня за ногу цапнула щука. – Денис бесшумно смеется. – Все верно, это действительно смешно. Я с того раза с опаской в речку лез. Представлял, как эти зубастые монстры прячутся в водорослях и ждут момента, чтобы – клац! – Мурат резко впивается пальцами ему в плечо в шутливой попытке напугать.
