Сборник двух повестей о том, как измена разрушает привычный уклад семейной жизни. Герои Воронової оказываются перед сложным выбором между чувством и долгом, раскрывая глубины человеческих отношений и моральные противоречия, рождённые в эпоху кризиса. Автор исследует, как один поступок может...
Раздел Chitat.online для книги «Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сборник двух повестей о том, как измена разрушает привычный уклад семейной жизни. Герои Воронової оказываются перед сложным выбором между чувством и долгом, раскрывая глубины человеческих отношений и моральные противоречия, рождённые в эпоху кризиса. Автор исследует, как один поступок может...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник двух повестей о том, как измена разрушает привычный уклад семейной жизни. Герои Воронової оказываются перед сложным выбором между чувством и долгом, раскрывая глубины человеческих отношений и моральные противоречия, рождённые в эпоху кризиса. Автор исследует, как один поступок может...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
То есть не важно, что я забрала твое мебельное производство, не важно, что втаптываю в грязь твое доброе имя. Ты все равно будешь со мной?
– Да, Юля. – Филипп смотрел на нее серьезно. – Я принимаю твое решение. Я остаюсь с тобой, если, конечно, тебя не смущает роль жены скромного учителя физики, или какую я там найду себе работу.
Порядком опьяневшая Юля издевательски расхохоталась:
– Капитулируешь?
– Если угодно.
– Угодно, угодно. – Она потянулась к сумочке и достала прозрачную папку с какими-то бумагами. – А вот и акт капитуляции.
– Что это?!
– Будь любезен. Это акт, согласно которому я возвращаю кухонное производство в собственность завода. Извольте расписаться, товарищ директор!
– Юля!!!
– А вот еще одна бумажка! – не унималась она. – Это документ, подписанный моим отцом, что ты полностью расплатился с выданным тебе кредитом.
– То есть… я больше ничего не должен? – Лицо Филиппа было белее бумаг, которые он недоверчиво крутил в руках.
– Ну ты читать-то умеешь?
Рыбаков встал и прошелся по комнате, словно сомнамбула. Потом налил себе стакан вина и выпил.
– Птиченька… – еле слышно пробормотал он. – Но как же Евгений Николаевич согласился?
– А как ему было не согласиться? – приосанилась она. – Ведь долг действительно выплачен. Ты же сам говорил, что проблема только в поставках древесины. Когда я подписала бумаги, папа распорядился возобновить поставки. Цех начал работать, и дело пошло как по маслу. Ведь у тебя уже все там было отлично налажено. Ты бы и сам мог узнать, что кредит выплачен на прошлой неделе, если бы соизволил поговорить с начальником цеха. Но он позвонил мне и сказал, что ты не принял его, поскольку больше не имеешь отношения к кухонному производству. Я решила: ну и ради бога, раз ты такой гордый!
– Ох, птиченька, – простонал Филипп. – Да ты сама понимаешь, что сделала? Ты спасла не только меня, ты спасла весь город!
– Угу. Жанна д’Арк отдыхает… Все, Филипп. Ты поправил свои дела, теперь уходи. У тебя другая женщина, вот и давай беги к ней. Обрадуй, что она все-таки станет женой директора завода.
Он уставился на нее во все глаза:
– Юля, о чем ты говоришь?!
– Хватит врать. Я точно знаю, что у тебя есть любовница!
Он крепко стиснул ее руки:"
"– Клянусь тебе всем на свете, с тех пор как женился, я не знал других женщин!
– Филипп, не нужно затягивать агонию. Если сейчас ты останешься со мной из благодарности, страдать будем мы все трое – ты, я и она. Иди, ты ничего мне не должен.
Он порывисто обнял ее и прижал к себе так, что она едва могла дышать. Косынка слетела с головы, Юля вспомнила о том, как выглядит, изо всех сил оттолкнула мужа, выбежала в спальню и захлопнула за собой дверь.
Филипп поскребся:
– Птиченька, открой.
– Уйди! Не хочу, чтобы напоследок ты видел меня лысой.
