– Хорошо, что я вас застала, мэтр Ланселот! – воскликнула она. – Мне уже пора возвращаться к малышам.
– Что-то случилось? – встревожился он.
Дворфа покинула клинику после того, как монна Беларикс благополучно разрешилась от бремени.
– Нет, все хорошо. Моя нанимательница – чудеснейшая женщина, и ее муж тоже чудесный, малыш очень славный… – Она замялась. – Я хотела поблагодарить вас за все, что вы сделали. Спасли Светика и меня, когда я чуть не погубила нас обоих. И вот…
Она положила на стол медальон. Крупный, скорее для мужчины, чем для женщины. Материалы выглядели не слишком дорогими – черненое серебро, черные же агаты, гармонично сочетающиеся с орнаментом. И удивительно тонкая работа, затмевающая простоту материалов.
Ланс поднял на дворфу вопрошающий взгляд, та смутилась.
– Я его украла. То есть не украла… Я должна была представить комиссии шедевр. Свою лучшую работу, чтобы меня признали полноправным мастером-ювелиром. Я сделала этот медальон. Когда меня выгнали, дав с собой лишь горбушку хлеба, я подумала, что будет несправедливо, если мой шедевр достанется кому-то, кто плевал мне вслед. И я успела его украсть. – Она помолчала. – Надо было продать его, но это последняя память о доме. Возьмите, пожалуйста. Черные агаты защищают от дурного глаза, завистников… словом, от всех черных энергий, направленных на того, кто их носит.
Ланс ошарашенно молчал, и дворфа повторила:
– Возьмите, пожалуйста. Это самое малое, чем я могу вас отблагодарить.
– Это – ваша работа? – выдавил Ланс.
В груди заворочался горячий комок стыда. Второй раз за месяц судьба тычет его носом в собственные поспешные выводы, словно нашкодившего щенка. Он решил, что у дворфы, как у большинства юных девушек, нет профессии. А она ювелир, да еще какой!
– Да, мэтр Ланселот. Я знаю, что до настоящего мастерства мне еще далеко…
– Это слишком дорогой подарок, госпожа Деахинай. Я не могу его принять.
– Не оскорбляйте меня отказом, мэтр, – глаза дворфы наполнились слезами. – Я от всего сердца.
– Не плачьте, пожалуйста. Но это в самом деле слишком…
– Не дороже двух жизней, – перебила его дворфа. – Я живу у монны Беларикс на всем готовом, и у меня есть жалованье. К тому же я все равно не смогу его продать.
– Ваш сын будет носить его, когда вырастет.
– Я надеюсь, что к тому времени встану на ноги и сделаю для сына амулет, который будет защищать его от зла. Такой, что он станет носить с гордостью. Теперь я действительно на это надеюсь благодаря вам.
