Вечерний домой Илья Алексеевич чувствовал себя окованным серыми тенями и пронизывающим ветром. Огромный город был покрыт облаками осеннего неба, а каждый шаг его приближения к дому казался наполненным ужасным предчувствием. Каждая серая тень могла стать злом застигнувшим его врасплох, словно какой-то мрачный сюжет из повести о верности....
Руки задрожали так, что пришлось положить ладони на стол, и Жанна почувствовала, как краснеет.
— Если можно, — продолжал студент. — Мне только переписать анализы для учебной истории болезни. Я никуда уносить ее не буду.
— Конечно, сейчас!
Она неловко встала, стукнувшись бедром о край стола, и начала перебирать пачку историй. При этом так волновалась, что перелистала пачку три раза, прежде чем опомнилась и достала нужную историю.
— Пожалуйста.
Он, держа в руках пухлую книжечку, нерешительно огляделся.
— Садитесь. — Она указала ему на свой стул.
— А вы?
— Не волнуйтесь.
Она устроилась на табуретке с торца сестринского стола и придвинула листы назначений. Сейчас у нее по графику было чаепитие, листы она проверяла гораздо позже — мало ли какое озарение может посетить припозднившихся докторов, но разве можно уйти с поста, когда он здесь!
Студент в недоумении изучал историю. Стандартная история болезни представляет собой ворох подклеенных друг к другу кусочков бумаги, исписанных скверным почерком.
Жанна решила прийти на помощь:
— Смотрите, здесь анализы крови, здесь, в кармашке, все кардиограммы с описанием, а на первую страницу выносятся данные рентгенограмм.
Показывая, она потянулась к нему и вдруг с ужасом обнаружила, что глубокий вырез ее нового халатика находится прямо перед его глазами.
— Ой! — Она быстро села на свою табуретку и сблизила лацканы рукой.
Студент странно смотрел на нее. Ласково, забавляясь ее смущением, но в то же время как-то оценивающе, что ли…
— Ах, УЗИ… — протянул он после долгой паузы. — Это очень интересно. А где результаты?
— Дайте, я найду… Вот!
— Спасибо."
"Жанна внимательнейшим образом проверяла листы назначений, а студент переписывал историю. Они то и дело поднимали друг на друга глаза, встречаясь взглядами, быстро опускали головы и начинали писать, но тут же снова косились друг на друга.
Наконец листы закончились. Жанна растерялась. Встать невозможно, а просто сидеть без дела глупо. Она поднялась:
— Доктор, хотите чаю?
— А?
— Давайте сделаю вам кружечку.
Они не дождались, пока в стареньком чайнике закипит вода. Через десять минут, наскоро представившись друг другу, они самозабвенно целовались за шкафом.
Жанна была счастлива так, что болело сердце. Они с Ильей виделись почти каждый день.
