В кресле она глядела на потолок, зажгшись люстры с призрачными бликами в освещенном ночной тьмой помещении. Хотелось бы взамен ясного неба и солнца, скрывавшихся за густыми облаками, но дождливая погода лишь усугубляла ситуацию. Каждое мгновение казалось бесконечностью, словно зацикленная безысходность....
Похоже, «Ключ к нашей тайне» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я спешно перебирала в голове варианты, как поступить, чтобы не выглядеть глупо. Сказать, что ошиблась дверью и на самом деле собиралась в магазин косметики за помадой или лаком для ногтей? Соврать, что пришла поужинать не одна? Но в зале меня никто не ждет, да и столик я не бронировала.
Тем временем служащий ресторана помог всем нам избавиться от верхней одежды. Пути назад не было.
Нас проводили к столу в дальнем углу зала. Он был накрыт на двоих, но официант в мгновение ока принес третий стул и быстро сервировал стол еще для одного гостя.
Я продолжала чувствовать себя исключительно по-дурацки.
– Я не голодна, – сообщила на всякий случай. – Зашла выпить кофе после тяжелого рабочего дня.
– Татьяна работает в полиции, – обратился Гэтсби к сестре.
– Я помню, – заверила она. – И мне кажется, работай я в подобном месте, непременно нагуляла бы зверский аппетит.
– Сегодня одного типа нашли в собственной квартире с перерезанной глоткой. Так что не стоит романтизировать место моей работы.
Хотя, зная Селиванова, с этим можно было бы поспорить. А если уж совсем честно, я не ела уже часов двенадцать. После яичницы в квартире Лазаря лишь перекусила печенькой в кофейне. Потому, когда официант принес комплимент от заведения – тарелку брускетт, я едва не подавилась слюной.
– За что его так? – спросила ошарашенная Елизавета, имея в виду труп.
– Записки не оставили, – развела я руками.
Официант принял заказ. Я, невзирая на возражения, ограничилась лишь кофе.
– Подумать только, – продолжала Елизавета. – Такая красавица имеет дело с такими ужасами.
– По большей части я отвечаю за то, чтобы такие ужасы не допустить. Вот вы сможете постоять за себя в темном переулке?
Впрочем, представить Елизавету одну в темном переулке было затруднительно.
– Нет, – покачала она головой обреченно. – Не смогу.
– Хорошо, что у вас есть брат, который таких обстоятельств не допустит.
– Это точно, – оживилась Елизавета.
– Ну а вы чем занимаетесь?
– Я бухгалтер.
– Похвально.
Я ожидала, что сейчас повиснет неловкая пауза. Но Гэтсби совершенно неожиданно спросил:
– Витязев вас еще интересует?
– Более чем.
– В их рядах неспокойно. Настоящие волнения. И к Борисову, которого вы упоминали, у Витязя много вопросов.
«Ответить на которые он уже не сможет», – мысленно продолжила я.
