Автор
В мир пришельницы из современной России, где её прямолинейное мышление и безапелляционные решения вызывают шквал возмущения. Здесь каждый день полон сюрпризов: от жестоких бабьих слов до ритуалов невероятной силы. Молодая женщина быстро понимает, что её новый мир скрыт в тени древних магических традиций и загадочном зелье, способном изменить судьбу....
— Вот и поедешь, — вздохнула графиня. — Не знаю, как они отнесутся к новой родственнице, зато догадываюсь теперь, кто её отец.
— Кто? — хором спросили мы с графом.
Историю графиня рассказывала не торопясь, вспоминая подробности и сплетни двадцатилетней давности.
Барон Рон Тахети, или «старый барон», как его назвала графиня, в те годы частенько навещал графское поместье.
— Он был старше твоего покойного отца, но это не мешало мужчинам дружить, устраивать пирушки и иногда охотиться.
Потом отец Венсана, супруг графини, на одной из военных стычек с соседями, а случались тогда они довольно часто, получил тяжёлое ранение.
— У Рон Тахэти леса мало и плохой, зато отличные поля и плодородная земля, — объяснила графиня. — Ещё их баронство пересекает река. Не самая широкая и глубокае, но рыбы там много.
После ранения муж графини прожил недолго, но она, в знак памяти мужа, не возражала против наездов барона.
— О том, что барон «охотится» в приграничной деревушке, я услышала на балу. Точнее, одна пожилая, но дурно воспитанная дама прямо спросила, правда ли, что барон Рон Тахэти оставил на моих землях своё семя. Я, разумеется, не стала обсуждать личную жизнь барона, — вздохнула графиня.
Обсуждать не стала, но справки навела. Сплетни не подтвердились. Графиня узнала, что барон, якобы, в самом деле ухлёстывал за красивой молодой крестьянкой. Староста в селе уверял, что женщину оговорили — она недавно вышла замуж и ведёт себя прилично.
На этом историю забыли, тем более что барон уехал на очередное военное столкновение и там погиб.
— За что люди воюют? — спроси я.
— Земля и деньги, что же ещё, — объяснил граф. — Это ещё при старом короле было, сейчас у нас намного спокойнее.
Я повернулась к графине:
— Каким боком к этой истории отношусь я?
— Думаю, та молодуха — твоя бабка. Она родила дочь не от мужа, а от барона. Её дочь — твоя мать.
— Это ещё доказать надо! — воскликнула я.
Не маму, так бабку виноватой сделали!
— Не надо, Ульнирика, — сказала графиня.
