Автор
В мир пришельницы из современной России, где её прямолинейное мышление и безапелляционные решения вызывают шквал возмущения. Здесь каждый день полон сюрпризов: от жестоких бабьих слов до ритуалов невероятной силы. Молодая женщина быстро понимает, что её новый мир скрыт в тени древних магических традиций и загадочном зелье, способном изменить судьбу....
Ты ещё и перебиваешь, и доводы приводишь, словно в самом деле разбираешься в вопросе!
Я, в кои-то веки, решила промолчать. Не сообщать же графу, что в некоторых вопросах я разбираюсь намного лучше его.
То, что скучать нам не придётся, заметила даже графиня.
— Дорогая, о чём вы утром спорили? — спросила она. — Ваши голоса, на повышенных тонах, боюсь, слышали все слуги.
Пусть слышали, всё равно им ко мне привыкать придётся.
— Я убеждала его сиятельство, что женщина может и должна работать, если она этого хочет, — скромно ответила я.
— Крестьянка? Простолюдинка? Разве этот факт надо доказывать?
— Благородная женщина.
— Что ты, что ты! — замахала обеими ручками графиня. — Только купчиха, и то, если она вдовая. В остальных случаях даму должен содержать муж, а при его отсутствии — родственники мужского пола. Впрочем, купчиха — не благородного происхождения, ей работать не привыкать."
"Ах, ах! Нет на вас, дорогие мои, мировой революции! Кучки дворян с идеями переустройства мира и матросов с ружьями! Нет, я, конечно, за покой, благолепие и порядок, но прав у женщин в королевстве ужасно мало.
Особенно остро я это понимала теперь, когда Венсан рассказал мне, что в других королевствах такого тяжёлого патриархата нет вовсе.
Значит, можно что-то изменить!
— Ульнирика, не отвлекайся, — заметила графиня, возвращая меня с небес на землю. — Вспомни, кто и где сидит за столом.
— По правую руку барона — его сыновья и самые близкие люди.
— Родственники? — коварно перебила свекровь.
— Те, кого он приблизил, — поправила я. — По левую — сначала его мать, старшие женщины рода, жена и дочери, вступившие в брачный возраст. Те девочки, кто его не достиг, за главный стол не приглашаются и едят отдельно.
Тоже мне — любящий папаша. Раз замуж рано, то и есть будешь у себя в комнате. Всё равно дочку пока бесполезно показывать мужчинам.
— Где посадят нас?
— Не знаю, — растерялась я.
— Графа — рядом с бароном. Его сиятельство граф Венсан выше по социальной лестнице, да и богаче.
Как показало время, графиня в корне ошиблась.
Хоть мы и ждали ответ, пришёл он всё равно неожиданно. Барон Эдвин Рон Тахэти, старший в роду Рон Тахэти, приглашал к себе графа и просил привезти с собой «девицу, выдающую себя за нашу родственницу».
