Уныло выглядела княжий двор, когда Унемыслов самокемпияла под широким платком бурой шерсти с служанкой по улице. Лунный свет отражался на лужах, будто придавая дороге скользкость, как лед. Жители желали бы скоро белого хода Мокоши, чтобы не было так темно ночью и серо днем....
Будет ли она так же милостива к Величане?
А какой милости она хочет? Чтобы не обижали и… тоже выдали замуж?
Сводный брат Мистины уж верно не хуже кормильца его сыновей…
Лют молча смотрел, как отроки разводят костер посреди поляны, словно забыл о ней. Величана вздохнула. Сердце ее жаждало расправить крылья и лететь – но небо над ним оказывалось каким-то уж очень низким и хмурым.
Отроки тянулись мимо них к реке, оставляя на траве сорочки и порты. Лют расстегнул пояс, осторожно стянул рубаху…
– О мать-земля! – Величана прижала руки к лицу.
– Что? – Лют обернулся.
Взгляд ее вытаращенных глаз упирался в его плечо, где в окружении пожелтевших пятен от ушиба багровел свежий, едва закрывшийся рубец…
* * *В большом стане на берегу Горины Олег Предславич остановился на сутки – давал отдых людям и ожидал, не нагонят ли их какие-нибудь вести. Величана, против того, не хотела никаких новостей и жаждала поскорее тронуться в дальнейший путь. Целый день Олег и его приближенные рассказывали Асмунду и дружине о событиях в Плеснеске.
– Наплел бы мне другой кто, а не ты – не поверил бы я! – сказал Асмунд Олегу. – Чтобы древний старик из могилы молодым вышел – я даже сказок таких не слыхал!"
"Отроки привезли дичь, в ближнем городце купили пива, и вечером Асмунд устроил пир в честь Олега и этих знаменательных событий. Лют и Величана тоже были там – теперь уже никто не удивился, что вдова как бы умершего князя не носит печальную сряду. Никто не мог решить, считать ли Величану вдовой, раз муж ее погиб, но тем не менее жив.
Когда начало темнеть, Величана решилась.
– Олег Предславич! И ты, воевода! – обратилась она к Асмунду. – Пока я еще близ земли моей родной, попрошу вас…
– Да? – Олег подумал, что она хочет послать весть родичам.
– Будьте послухами моими! Так уж судички пряжу мою запутали, что не распутать. Не то вдова я, не то жена, не то старый у меня муж, не то молодой, не то жив, не то мертв… будет с меня!
– Что ты задумала? – Олег удивленно улыбнулся.
– Ступайте за мной. – Величана оглянулась на Тишанку: та подошла от ее шатра, неся в руках что-то белое. – Как раз полночь настает.
На макушке лета темнело поздно, и было еще почти светло.
