Вот тебе «суточные» чтобы не голодал, и этим ограничимся.
После ухода Карася, Цыганков пересчитал деньги: денег было много, больше, чем он зарабатывал за месяц в леспромхозе. Жорка не пожадничал. Неделю Лёшка коротал на «конспиративной» квартире Карася. В конце недели, под вечер, когда Лёшка в целях повышения культурного уровня листал найденную в шкафу годовую подшивку «Плейбоя», у него в кармане неожиданно хриплый мужской голос запел про Владимирский централ. Алексей поморщился и достал сотовый телефон.
– Собирайся! Выезжаешь завтра вечером. Деньги и билеты у тебя в почтовом ящике, – коротко поставил задачу Жорка.
– А как же товар? – удивился Алексей, который мысленно согласился с тем, что Карась устроит ему ликбез по вопросам безопасности, трезвого образа жизни и соблюдения производственной дисциплины.
– Товар получишь перед самым отъездом. Встретимся на вокзале, – сказал Жорка и отключился.
Цыганков вышел в подъезд и достал из почтового ящика плотный конверт из жёлтой бумаги. Внутри конверта были деньги и два билета на поезд: один на рейс «Новосибирск-Москва», второй обратно. В этот раз Карась не поскупился на обратный билет. Разница между приездом и отъездом составляла пять часов.
– Да, не погуляешь! – подумал Лёшка и с удовольствием вспомнил пышные формы московской развратницы. На секунду ему показалось, что он слышит голос Яны: – Ну что, милый поскачем до китайской границы? – жарко шептала шалунья, в очередной раз взгромоздившись на него в позе наездницы. – Скачи сама! Я лучше останусь на родине! – ответил тогда Алексей, потому что уже не было ни сил, ни желанья. Она захохотала, запрокинув голову, и в следующий момент перешла на бешеный аллюр.
На вокзал Алексей прибыл загодя: походил по перрону, потолкался возле окошка справочной и, тяжело вздохнув, пошёл в буфет. В буфете он заказал стакан чая и пирожок с ливером. Попивая мелкими глоточками горячий, но безвкусный чай, Алексей глазами искал знакомую фигуру Карася.
– Ты бы, братан, ещё кефиру взял! – обратился к Лёшке пьяненький пассажир, заметив, что Лёшка морщится и брезгливо сплёвывает с губ попавшую в стакан заварку. – Давай я тебе пивка плесну, – щедро предложил вокзальный выпивоха, который, несмотря на своё состояние, продолжал прихлёбывать мутное разливное пиво из щербатой стеклянной кружки. В это время в буфет зашёл Карась. Он прошёл мимо Алексея, купил в буфете сигарет и, не обращая ни на кого внимания, вышел из буфета.
– На закуси! – сунул Лёшка пирожок любителю разбавленного пива, и, не торопясь, вышел следом за Жоркой. Он видел, как Карась зашёл в туалет и последовал за ним. В туалете никого не было.
– Ты чего припёрся раньше времени? Приходить надо к отходу поезда! – недовольно пробурчал Карась.