Роза недоуменно послушала короткие гудки в трубке, вздохнула, утёрла слезинку и решила последовать совету матери.
– Хуже не будет! – сказала она вслух и отправилась спать.
Утром Роза постаралась настроиться на победу, но у неё получалось плохо. В расстроенных чувствах она пришла в институт, и молча стала возле дверей аудитории. Когда подошла её очередь, на часах было без четверти десять. Войдя в аудиторию, она вспомнила, что у неё на лице нет ни грамма косметики, и окончательно смутилась. Однако девушка взяла себя в руки, отчаянно тряхнула чёрной копной волос, и с вызовом поочерёдно посмотрела, в глаза членам экзаменационной комиссии. В это момент она почувствовала внутри себя сильный толчок, в глазах у неё потемнело, она покачнулась и на мгновенье потеряла ориентацию. Впрочем, через мгновенье пришла в себя, и, странное дело – больше не чувствовала себя неуверенным абитуриентом, пришедшим сдавать трудный экзамен.
– Вы в моей власти! – тихо произнесла она и улыбнулась. Если бы в этот момент Роза увидала себя со стороны, то очень бы удивилась: перед комиссией стояла раскрепощённая молодая красавица, на лице которой играла высокомерная усмешка.
– Может быть, начнём, господа? – обратилась она к комиссии по-английски.
– Вам весело? – строгим голосом спросила на английском чопорная пожилая дама. – Может, Вы расскажите членам комиссии, в чём причина вашего хорошего настроения.
– О, да! – снова улыбнулась Роза. – Я давно мечтала пообщаться с людьми своего уровня. Предложите брать билет, или поболтаем, как добрые соседи?
По аудитории прокатился ропот: со стороны абитуриента такое поведение было неслыханной дерзостью. Роза сама не знала, что с ней происходит: стеснительность и робость куда-то исчезли, английский вдруг стал для неё родным языком, и, самое удивительное, она чувствовала внутренний настрой каждого члена комиссии.
«Сейчас меня выгонят», – так же по-английски подумала Роза, заметив, как лицо председателя комиссии наливается кровью.
– Если леди настаивает, я готов поддержать нашу милую беседу! – неожиданно прозвучал мужской голос. Это был экзаменатор, который не сидел за общим столом, а наблюдал за абитуриентами со стороны, скромно пристроившись на стуле в глубине аудитории.
Роза взглянула на него и невольно облизнула губы.
«Хорош! Определённо хорош!» – сказал её внутренний голос, и она вновь провела языком по верхней губе. Дальнейшая сдача экзамена протекала в форме диалога между абитуриенткой Розой Ситкевич и преподавателем Никитой Князевым.