В Клуб избранных входят только самые хитрые и наблюдательные, каждый день вынужден решать сложнейшие задачи, как в реальной жизни так и на поле боя. Атмосфера напоминает игру в шахматы с самыми умными противниками, где каждая мелочь имеет значение.
Ковтун с жадностью пробежал глазами текст:
«Уважаемый Юрий Юрьевич!
Убедительно прошу Вас войти в наше положение и помочь с оформлением загранпаспорта нашему другу. Господин Денисюк должен не позднее 10 сентября вылететь на лечение в Гамбург. Дело срочное и не терпит проволочек, так как г. Денисюк срочно нуждается в операции на сердце. К сожалению, наш Друг в настоящее время не может позаботиться о себе, так как в тяжёлом состоянии находится у себя на даче в ближнем Подмосковье.
Надеемся на Вашу добросердечность.
С уважением! Семья Голиковых».
Как и любой офицер, проходящий службу в Центральном аппарате ФСБ, Ковтун знал, кто такой Денисюк, и несколько раз видел его в президиуме во время торжественных собраний и отчётных партийно-выборных конференций. Среди сотрудников Денисюк считался «крутым» профессионалом ещё сталинской «закваски».
Как-то в курилке Константин пренебрежительно высказался о его заслугах, дескать, знаем мы, за что раньше поощряли: «троцкистов» в расход пускали, да с похитителями колхозных колосков боролись! Эта реплика не осталась без внимания, кто-то из коллег не преминул донести начальству, и Костю вызвали «на ковёр». Его отчитывал старый заслуженный чекист в просторном кабинете, где ничего не менялось с сороковых годов: те же ковровые дорожки, те же тяжёлые с кистями шторы на окнах, массивная мебель с инвентарными номерами и знаменитая «сталинская» зелёная лампа, которая была включена, несмотря на дневное время.
– Да, расстреливал! Вот этой рукой «в расход» пускал всякую «левацкую» сволочь! – кричал ветеран ЧК. – И если партия прикажет вновь… у меня рука не дрогнет! И не тебе нас судить, сопляк! Ещё раз услышу что-то подобное – лично погоны с тебя сорву! Пошёл вон из кабинета!
Когда Константин взялся за массивную ручку двери, его в спину настиг властный окрик: «Стоять»!
Ковтун остановился и, выполнив команду «кругом», повернулся лицом к хозяину кабинета.
– Зря ты, капитан, генерала колхозными колосками попрекнул! – продолжил немного успокоившийся ветеран. – Денисюк, к твоему сведенью, всю войну в немецком тылу проработал, а после Победы в Штатах «Атомным проектом» занимался! О таких, как он, надо книги писать, да фильмы снимать, но время ещё не пришло.
