В Клуб избранных входят только самые хитрые и наблюдательные, каждый день вынужден решать сложнейшие задачи, как в реальной жизни так и на поле боя. Атмосфера напоминает игру в шахматы с самыми умными противниками, где каждая мелочь имеет значение.
Обрез трёхлинейки образца 1890 года, установленный ещё дедом Гаврилой в качестве самострела, все годы работал исправно и без осечек.
– Ну, вот, кажись, и всё! – перекрестился Карась и, согнувшись, полез в оборудованный ещё дедом схрон.
За дверцей располагался узкий проход, ведущий в низенькую квадратную комнату, обложенную диким камнем. Карась бочком протиснулся в кладовую и включил аккумуляторный фонарь. Мощный пучок белого света разорвал темноту, и взору Карася открылись стоящие вдоль стен двенадцать старинных сундуков, обитых коваными металлическими лентами.
– Вот они, мои двенадцать месяцев! – восхищённо произнёс контрабандист и нежно погладил холодную, покрытую искрящимся в свете фонаря инеем, дубовую крышку одного из них. – Когда бы я ни пришёл, они мне завсегда рады! Кудесники мои! – восхищённо бормотал Карась. – Золото – оно всё может! Потому человеку без золота никак нельзя! Без золота он и не человек вовсе! Хоть крестик маленький, хоть колечко, али зуб, но чтобы золотые были, иначе нет к человеку ни уважения, ни почёта!
Сундуки были старинные – дедовские, но оборудованные, как и входная дверь, системой электронной защиты.
Карась вновь достал серебристый пенал, откуда извлёк более короткий ключ, который вставил в едва различимое отверстие в крышке сундука. Снова зазвучали рождественские колокольчики, и крышка сундука, подброшенная мощной пружиной, резко и неожиданно отскочила назад.
Карась осторожно, словно ребёнка, взял один и, развязав на горловине шёлковый шнурок, высыпал на короткопалую ладонь часть содержимого. В свете фонаря весело заиграли золотые песчинки. Жорка зачарованно смотрел на них, не в силах оторвать жадного взгляда."
"– Не отдам! – прошептал он.
Потом аккуратно, до единой песчинки, ссыпал обратно в кожаный кисет и шнурком затянул горловину.
Примерно раз в месяц Жорка посещал схрон, чтобы забрать очередную порцию золотого песка. Много не брал: один, иногда два кисета, так как опасался хранить золото дома. Да и принесённое из тайги золото Карась старался отправить в Москву как можно быстрее.
Взгляд его упал на малоприметную дверцу в углу торцовой стены.
